суббота, 13 октября 2012 г.

Форма русской армии 1756-1796 годов на картинах

В истории отечественной военной формы период с 1756 по 1796 год занимает особое место. Упорная и энергичная борьба между передовыми и реакционными тенденциями в национальном военном искусстве косвенно наложила свой отпечаток на развитие и совершенствование обмундирования и снаряжения российских войск.
Уровень развития русской экономики составил серьезную базу для превращения русской армии в современную для той эпохи военную силу. Успехи в металлургии содействовали расширению производства холодного и огнестрельного оружия. Возросла численность легкой кавалерии. Стало больше артиллерии, инженерных и егерских команд, состоявших из метких стрелков, снабженных «винтовальными» ружьями. Введение военной формы, удобной в боевых и походных условиях, проходило непросто.
В ходе Семилетней войны (1756—1763) и длительное время после её окончания мундиры офицеров и солдат русской армии в основном мало отличались от обмундирования прусских войск. Различие состояло главным образом в расцветке одежды. С появлением в русской армии гусаров для них было установлено отличное от других полков обмундирование, заимствованное у австрийских имперских войск. Изменения в покрое одежды и перемена отдельных ее деталей до конца 70-х годов XVIII столетия в целом не меняли внешнего облика воинов. Однако в ходе военных реформ 80-х годов, учитывавших опыт русско-турецкой войны 1768-1774 годов, в армии появилась более удобная, чем раньше, военнная форма. Инициатором ее введения стал поддерживаемый передовыми военными деятелями страны президент государственной военной коллегии генерал-фельдмаршал Г. А Потемкин. Добиваясь введения в русских войсках более простой и удобной одежды, он убедительно доказывал, что в результате этих перемен «солдат будет здоровее и, лишаясь щёгольских оков, поворотливее и храбрее». Объясняя, почему в нашей стране появилось неудобное обмундирование, Потемкин писал: «В Россию, когда вводилось регулярство, вошли офицеры иностранные с педантством тогдашнего времени, а наши, не зная прямой цены вещам военного снаряда, почли всё священным и как будто таинственным Им казалось, что регулярство состоит в косах, шляпах, клапанах, обшлагах, в ружейных приемах и протчем. Занимая себя таковою дрянью, и до сего времени не знают хорошо самых важных вещей и оборотов, а что касается до исправности ружья, тут полирование и лощение предпочтено доброте, а стрелять почти не умеют. Слоном, одежда войск наших и амуниция такова, что придумать почти нельзя лучше к угнетению солдатов... Красота одежды военной состоит в равенстве и соответствии вещей с их употреблением. Платье, чтобы было солдату одеждою, а не в тягость; всякое щегольство должно уничтожить, ибо оно есть плод роскоши, требует много времени, иждивения и слуг; чего у солдата быть не может... Завивать, пудриться, плесть косы — солдатское ли это дело; у них камердинеров нет. На что ж пукли? (букли). Всяк должен согласиться, что полезнее голову мыть и чесать, нежели отягощать пудрою, салом, мукою, шпильками, косами. Туалет солдата должен быть таков: что встал — то готов...» Далее Потемкин отмечал: «Когда эскадрону или целому полку назначается строй, то до двенадцати часов употребить им непременно должно для убирания себе взаимно кос и препроводить целую ночь в сем безпокойстве без сна; отчего неминуемо должно последовать неизбежное упущение в других нужных исправлениях, тем, что, препроводивши таким образом ночь в изнурении, не имеют они силы исправить других своих дел, как, например, вычистить и накормить своих лошадей; или если в сём упущения не сделают, то, не будучи подкреплены сном, бывают слабы, нерасторопны и мало способны к таким действиям, где потребны бодрость, живость и сила».
Преимущества нового обмундирования, введенного в 1780-х годах,  русские солдаты могли оценить тотчас после его появления в войсках. На смену узкому, сковывавшему движения кафтану, пришла удобная, свободная в плечах куртка из толстого, прочного сукна. Ее короткие полы спереди были подогнуты кверху и пристегивались пуговицами. Сзади, в низу куртки, был разрез. Теперь ничто не стесняло солдата на марше или при быстром беге. Цвет куртки, отворотов, лацканов на груди, так же как и лампасов на штанах, зависел от рода войск. Медные пуговицы, начищенные до блеска, украшали лацканы, обшлага и воротник куртки. На левом плече у воротника также пришивалась пуговица. К ней пристегивался погон либо эполет. Основным назначением эполета было удержать от сползания с плеча перевязи патронной сумы. Куртка глухо застегивалась на крючки и петли, пришитые к бортам лацканов. Зимою полы куртки отстегивались и опускались вниз. В холодное время солдаты надевали под куртку короткий камзольчик без рукавов. Удобными и просторными были суконные штаны (шаровары). На обе штанины внизу для прочности нашивались кожаные краги.
На смену черным солдатским треуголкам из валяной шерсти пришли более удобные головые уборы — каски. «Каска.», - писал Г.А. Потемкин,— сверх выгоды и способности н употреблении своем имеет перед шляпой ту предпочтительность, что вид дает пригожий солдату и есть наряд военный характеристический». Каски делались из кожи, а также были поярковыми и фетровыми. Они состояли из круглой тульи и козырька. По верху каски шёл поперечный гребень (плюмаж) из шерсти, волоса или перьев. Сзади, в нижней части каски, крепились две суконные лопасти, которые летом служили украшением, а зимою, в мороз, скрещивались спереди на шее, прикрывая при этом уши.
Солдатская прическа стала гигиеничной и простой, так как отныне волосы следовало стричь коротко, по народному выражению, «в скобку». Новая летняя форма также не была обременительна для солдат, так как «строилась» из полотна.
В 1788 году во всех пехотных полках армии, которой на юге России командовал Г.А. Потемкин, штаб- и обер-офицерам было приказано носить куртки и каски по образцу солдатских. Однако каски были без лопастей с золотым галуном у козырька и большой бляхой, на которой красовался вензель Екатерины II. В остальных частях российских войск мундиры генералитета, штаб- и обер-офицеров остались без изменений. Свою прежнюю форму сохранили гвардия и гусарские полки.
Удобная и практичная «потемкинская» форма сохранялась недолго всего десять-двенадцать лет. Она была полностью отменена Павлом I фанатичным поклонником Фридриха II, инициатором и организатором «опруссачивания» российских войск.
В данную подборку наряду с редкими рисунками русской военной формы 1756—1762 годов включены малоизвестные изображения солдат и офицеров в «потемкинской» военной форме. Значительная их часть была исполнена молодым талантливым рисовальщиком и гравером Х.-Г. Гейслером (1770-1844) в последней четверти XVIII века. Эти работы позволяют сегодня представить, как выглядели славные защитники Отечества Российского — герои Кинбурна, Очакова, Фокшан, Рымника и Измаила. С документальной достоверностью переданы как военная форма, так и типажи изображенных здесь людей. К сожалению, эти работы лишь в известной мере могут заменить нам не созданные в свое время именные портреты рядовых участников русско-турецкой войны 1787 1791 годов, прославивших себя отвагой, мужеством и самоотверженностью.
Г. Меерович
Неизвестный художник XIX века
А. В. Суворов в чине генерал-поручика
Копия портрета, исполненного в Астрахани в 1780 году
Холст, масло
Государственный военно-исторический музей А. В. Суворова. Ленинград
Великий русский полководец принимал самое деятельное участие в проведении реформ, которые должны были повысить боеспособность русской армии. Благодаря его энергии и инициативе введение в подчиненных ему войсках в 1780-х годах нового удобного для солдат обмундирования было проведено быстро и четко. Суворов был убежден, что строгое соблюдение военной формы и надлежащее ее содержание дисциплинирует солдат. Еще за два десятилетия до потемкинских реформ в армии, будучи полковником, он требовал от подчиненных: «содержать себя во всегдашней исправности, наблюдать свою должность в тонкость, жертвовать мнимым леностным успокоением истинному успокоению духа, состоящему в трудолюбивой охоте к военной службе, и заслужить тем себе бессмертную славу». Придавая большое значение соблюдению уставных требований в содержании мундира, полковник Суворов приказывал солдатам вверенного ему Суздальского пехотного полка: «Кафтан и камзол всегда вычинены и вычищены, також и штаны, и когда где надобно положить заплатку, то чтоб совершенно была того ж цвету. Пуговицы на них все нашиты и вычищены с блеском».
Неизвестный художник конца XVIII века
Портрет генерал-фельдмаршала П. А. Румянцева-Задунайского (1725—1796). Холст, масло
Государственный военно-исторический музей А. В. Суворова. Ленинград
П. А. Румянцев — выдающийся полководец и государственный деятель. Командуя 1-й армией во время русско-турецкой войны 1768—1774 годов, он нанес сокрушительное поражение турецким войскам под Рябой Могилой, при Ларге и Кагуле. За успешные боевые действия за Дунаем и заключение в 1774 году Кючук-Кайнарджийского мирного договора с Турцией получил титул графа Задунайского.
В 1770 году он написал «Обряд службы» — руководство по боевой подготовке войск. В условиях нараставшей угрозы развязывания Турцией новой войны против России Румянцев разработал проект военных реформ — «Мысль» и изложил его в докладе правительству. Говоря в нем о необходимости совершенствования обмундирования, полководец подчеркивал: «...при определении оного [мундира] наблюдать, чтобы он [был] из живых или светлых тонов стройно сшит, в ношении выгоден и прочен был». П. А. Румянцев считал, что для кирасиров кирасы при ежедневном ношении крайне обременительны и «могут в облегчение людей весьма отставлены быть». Ряд идей этого полководца о дальнейшем совершенствовании обмундирования армии был реализован в ходе военных реформ 1783—1786 годов.
На портрете Румянцев изображен в фельдмаршальском мундире, украшенном золотым шитьем по воротнику, бортам и рукавам. Поверх кафтана надеты ленты орденов св. Андрея Первозванного и св. Георгия I класса. На груди фельдмаршала — шитые звезды этих наград.
Ж.-Л. Вуаль (1774 — после 1803)
Портрет бригадира В. А. Зубова (1771 — 1804) Холст, масло
Государственный Русский музей. Ленинград
Молодой человек, изображенный на портрете, одет в мундир, какие носили офицеры пехотных полков армии генерал-фельдмаршала Г. А. Потемкина с 1788 года. Придворный художник добросовестно отметил все характерные особенности этого мундира и четко выписал все его детали. В. А. Зубов — флигель-адъютант Екатерины II и брат ее фаворита. На портрете легко угадывается то особое мастерстг о, с которым сшит мундир, исполненный по заказу высокопоставленного в обществе лица. Великолепна фетровая каска. Ее украшают пышный плюмаж из дорогих страусовых перьев и золоченая налобная бляха с императорским вензелем. Куртка, сшитая по образцу солдатской из зеленого сукна высокого качества, украшена плоскими позолоченными пуговицами. К перевязи прикреплен большой сверкающий золотом вензель Екатерины II под императорской короной. На левом лацкане привлекает внимание орден св. Георгия IV класса. Этой высокой награды 19-летний полковник был удостоен за храбрость и военное искусство, проявленное им во время штурма Измаила 11 декабря 1790 года. В реляции о взятии крепости Суворов указывал, что В. А. Зубов «...невзирая ...на жарчай-ший огонь неприятеля и его упорство, мужественно атаковал и, дав пример твердости другим, взлез на вал, опрокинул неприятеля на штыках и овладел кавальером» (высокой укрепленной башней, господствовавшей над крепостными сооружениями) .
Неизвестный художник XVIII века
Рядовой Грузинского гусарского полка 1758 года Бумага, акварель
Государственный Русский музей. Ленинград
В 1751 — 1760-х годах в русской легкой кавалерии из сербов, венгров, а также молдаван и грузин начинают формироваться гусарские полки.
Они предназначались для несения пограничной и аванпостной службы, однако впоследствии в ходе военных действий их боевое применение значительно расширилось.
Обмундирование в гусарских полках сохраняло традиции венгерского национального костюма. Мундиры гусаров выделялись своей декоративностью и импозантностью. Дуламы или доломаны (гусарские куртки) и чакширы или чакчиры (рейтузы) украшал шнур. В холодную погоду поверх доломана надевалась куртка, отороченная мехом,— ментия или ментик. В теплое время года ментик носили внакидку на левом плече, поддерживающий его двойной шнур — ментиш-кет крепился к правому плечу доломана. Гусарский мундир украшали также узкий галун одного цвета со шнурами и частые ряды медных или оловянных пуговиц. Сапоги из цветной кожи с короткими голенищами завершали костюм.
Зимою гусары носили смушковые шапки типа папахи со свешивавшимся шлыком (верхом) из яркого сукна. В остальное время года — высокий колпак из валяной шерсти, украшенный позументом и витым цветным шнуром, спускавшимся сбоку вниз. Позднее на смену гусарскому колпаку пришел кивер. Ташка — плоская кожаная сумка с расшитым суконным верхом висела на трех длинных ремнях, с левой стороны.
Гусары отращивали волосы на висках и завивали их в кудри. Усы носили длинные, висячие. Вооружены были саблей, двумя пистолетами и карабином.
Неизвестный художник XVIII века
Офицер кирасирского полка 1758 года Бумага, акварель
Государственный Русский музей. Ленинград
Кирасиры как род тяжелой кавалерии появились в России в 1731 году. Их наименование связано с названием защитных доспехов — кирас. Тяжелые железные кирасы были окрашены в черный цвет и имели по краям отделку из светлой меди. Офицерский и рядовой состав кирасирских полков выделялся высоким ростом и крепким телосложением. Атака кирасиров на могучих конях всегда производила устрашающее впечатление на неприятельскую пехоту и кавалерию, обращая их в паническое бегство. Особо декоративным было парадное обмундирование кирасиров. Оно состояло из колетов — однобортных мундиров из светлой замши лосиного цвета (или плотного почти белого сукна), штанов из лосиной кожи— лосин и высоких тупоносых смазных черных сапог с раструбами. Перчатки из лосиной кожи имели большие и широкие манжеты (клапаны). Шляпа была черной поярковой (из валяной шерсти), без галуна, с обшивкою из золотого шнурка и бантом из белых шелковых лент. Отложной узкий воротник колета, его широкие обшлага, подбой, а также подко-летник (вид камзола) изготовлялись из красного сукна. По краям воротника колета, обшлагам его рукавов, по борту и отогнутым полам нашивался узкий золотой галун. Для офицеров кирасирских полков и рядовых кирасиров уставом предписывались ношение усов, которые фабрились (чернились), и прическа с буклями над ушами и косою сзади.
Холодным оружием рядовым служили длинные палаши в ножнах, а офицерам — шпаги с темляком из черных и золотых нитей и пистолеты в чехлах, прикрепленные к седлам.
Неизвестный художник XIX века
Рядовой и обер-офицер армейской пехоты 1786—1796 годов
Раскрашенная литография
Государственный Русский музей. Ленинград
Характер изменений в обмундировании пехоты выявляется особенно четко при сопоставлении перемены в одежде рядовых и обер-офицеров. Короткий солдатский кафтан, именовавшийся курткой, был похож на прежний лишь в своей верхней части — от шеи до пояса. По-прежнему он изготовлялся из темно-зелёного сукна. Воротник, лацканы и обшлага — красного сукна. Широкие красные шаровары по боковым швам были обшиты желтой суконной выкладкой с вырезанными круглыми «городками».
Поярковая каска с круглой тульей спереди имела большой козырь, а сзади две лопасти из черного сукна. Узкая с концов налобная бляха расширялась в средней части. Черный подбородочный ремень удерживал каску на голове во время бега высота плюмажа из желтой шерсти, украшавшего верх каски составляла полтора вершка (6,7 см).
В отличие от солдатского мундир офицера пехотного полка изменился очень мало. Увеличилась в размере шляпа но стала более плоской и лишилась галуна. Уменьшились размеры косы. Полы мундира, как у солдатского, были завернуты кверху более плоским стал нагрудный офицерский знак. На нем вместо полкового герба стали изображать государственный герб Непременной принадлежностью снаряжения обер-офицера остался весьма выразительный предмет — офицерская трость которая у некоторых командиров довольно часто пускалась «в дело».
Неизвестный художник XIX века
Обер-офицер и рядовой 1756—1762 годов
Раскрашенная литография
Государственный Русский музей. Ленинград
Обер-офицеры гренадерских рот отличались в обмундировании от мушкетерских офицеров тем, что подобно рядовым гренадерам они вместо шляп носили гренадерские шапки, а на крышках подсумков имели золоченые медные бляхи, на которых, помимо полкового герба, были изображены две Гренады с пламенем.
Гренадерка офицера, так же как и гренадерская шапка рядового, изготовлялась из толстой, твердой кожи, окрашенной в черный цвет, и по своему покрою полностью соответствовала солдатской гренадерке. Позднее их стали делать из сукна, натянутого на каркас. Однако гренадерка офицера имела вызолоченный медный прибор. На лобной бляхе ее в отличие от выдавленного двуглавого орла черного цвета красовался накладной, выполненный из эмали. Ниже него вместо полкового герба, бывшего на солдатской гренадерке, в овале на красном поле изображался золоченый вензель Елизаветы Петровны, а еще ниже — в военной арматуре — Георгий Победоносец на коне. На задней бляхе офицерской гренадерки также имелся вензель императрицы. Плоская гренадерская сума офицера изготовлялась из кожи черного цвета. На верхней крышке располагалась вызолоченная бляха с изображением государственного герба. Гренадерскому обер-офицеру, так же как и рядовому, полагалось иметь ружье со штыком.
В связи с совершенствованием ручного огнестрельного оружия и повышением его действенности в бою ручные фитильные бомбы — гренады постепенно утрачивали свое значение. В русской армии они были официально сняты с вооружения с 1763 года.
Неизвестный художник XVIII века
Гренадер пехотного полка 1756—1761 годов
Бумага, акварель
Государственный Русский музей. Ленинград
В результате активного заимствования у прусской армии образцов покроя военной формы обмундирование российских войск к началу второй половины XVIII века стало значительно менее удобным и практичным, чем при Петре I. Более узкими стали мундиры армейской пехоты. Досаждала солдатам отнимавшая у них много времени и сил прическа с завитыми буклями, посыпанными пудрой, и заплетенной сзади косицей, к тому же она была малогигиенична, так как рядовым часто приходилось заменять отсутствующую пудру мукою, а вместо так называемой вакс-помады употреблять свечное сало. С появлением проволочных каркасов потяжелели шапки-гренадерки. Налобники из пластин светлой меди увеличились в своих размерах. В верхней части каждого налобника помещалось изображение государственного герба — двуглавого орла, а в его центре — императорского вензеля Прежней осталась расцветка армейского пехотного мундира Кафтан остался зеленым, а его подбой, воротник широкие обшлага, камзол и штаны — красными. Туго стянутые под коленами и мешавшие нормальному кровообращению штиблету (род гамаш) изготовлялись из плотного темного сукна. Они застегивались сбоку на пуговицы. Каждый гренадер имел на вооружении ружье с медным прибором, трехгранным штыком в 10 вершков (44,5 см) и погонным кожаным ремнем. Гранатная сума всегда располагалась справа, а патронная сумка — лядунка с надраенной до блеска медной пластиной на крышке — спереди, на поясе.

Комментариев нет: