Показаны сообщения с ярлыком ГТГ. Показать все сообщения
Показаны сообщения с ярлыком ГТГ. Показать все сообщения

четверг, 17 марта 2016 г.

Константин Федорович Юон (1875-1958)

Юон Константин Федорович (1875-1958). «Лубянская площадь зимой» . Исполнено в 1916 г. Государственная Третьяковская галерея

Юон Константин Федорович (1875-1958). « Мост через реку Оку в Нижнем Новгороде» . Исполнено в 1908 г. Горьковский государственный художественный музей

Юон Константин Федорович (1875-1958). «Парад Красной Армии». Исполнено в  1923 году

Юон Константин Федорович (1875-1958). «Первые колхозницы». Исполнено в  1926 г. Государственная Третьяковская галерея

Юон Константин Федорович (1875-1958). «Песни колхозной молодёжи». Исполнено в 1954 г. Музей музыкальной культуры им. М.Н. Глинки. Москва

Юон Константин Федорович (1875-1958). «Последний луч» 

Юон Константин Федорович (1875-1958). «Праздник кооперации в деревне». Исполнено в 1928 году. Государственная Севастопольская картинная галерея

Юон Константин Федорович (1875-1958). «Провинциалки». Исполнено в 1920-е годы. Частное собрание

Юон Константин Федорович (1875-1958).  «Люди». Исполнено в 1923 году

См. также: Константин Федорович Юон  (1875-1958)

четверг, 26 ноября 2015 г.

Юрий Иванович Пименов - в честь дня рождения!

Юрий Пименов (1903-1977). Новая Москва.  1960
Юрий Пименов (1903-1977). В кафе. Музей изобразительных искусств Фрунзе, Киргизия.
Юрий Пименов (1903-1977). В ожидании поезда. Тюменская картинная галерея.
Юрий Пименов (1903-1977). Завтрак
Юрий Пименов (1903-1977). Прачки
Юрий Пименов (1903-1977). Тихое кафе - копия

Юрий Пименов (1903-1977). Старинная красота. Кижи

Юрий Пименов (1903-1977). Подмосковная роща 


Юрий Пименов (1903-1977). Начало любви

Юрий Пименов (1903-1977). Кафе и дождь
Юрий Пименов (1903-1977). Ливень
Юрий Пименов (1903-1977). Даёшь тяжелую индустрию. 1927 г. Третьяковская государственная галерея

См. также:

Юрий Иванович Пименов

воскресенье, 13 сентября 2015 г.

Портреты кисти Василия Прокофьевича Ефанова (1900-1978): академики и доярки, комсомольцы и артисты ...

В.П. Ефанов (1900-1978). Портрет Народной артистки СССР Е. Н. Гоголевой. Музей Государственного академического Малого театра

В.П. Ефанов (1900-1978). Портрет заместителя секретаря комсомольской организации Метростроя Т. К. Рожковой. 1949. Государственная Третьяковская галерея

В.П. Ефанов (1900-1978). Академик П. Л. Капица

В.П. Ефанов (1900-1978). Портрет академика И. В. Курчатова

В.П. Ефанов (1900-1978). Портрет академика И. Г. Петровского

В.П. Ефанов (1900-1978). Портрет Героя Социалистического Труда доярки С. К. Крыловой

В.П.Ефанов (1900-1978). Портрет Я. М. Свердлова
В.П. Ефанов (1900-1978). Портрет художника В. Н. Бакшеева. Государственная Третьяковская галерея
См. также:


В.П. Ефанов (1900-1978)


вторник, 2 сентября 2014 г.

В.А. Серов (1865-1911) - «Деревня в Крыму»

Художник В.А. Серов (1865-1911). - «Деревня в Крыму» Государственная Третьяковская галерея

См.  также:

Валентин Александрович Серов


понедельник, 23 июня 2014 г.

П.А. Десятов (1820-1888), «Девушка, расчёсывающая волосы»

П.А. Десятов (1820-1888), «Девушка, расчёсывающая волосы». Государственная Третьяковская галерея
Из "Нового полного биографического словаря русских художников" Э.Г. Коновалова:
"Десятов, Павел Алексеевич (1820-1888) - живописец. Учился в Московском училище живописи - ваяния до 1847 г. у С.К. Зарянко. С 1858 г. - академик. Писал преимущественно портреты. Педагог, в течение 40 лет преподавал в Московской училище живописи, ваяния и зодчества и Строгоновском училище. Его работы имеются в Третьяковской галерее («Девушка, расчёсывающая волосы»), Музее Академии.

воскресенье, 20 апреля 2014 г.

Пасха, церковь

Николай Корнильевич Пимоненко (1862-19120. Утро Христова Воскресения.

Из журнала «Всемирная Иллюстрация» №1161-1891 г.:

«Утро Христова Воскресения»
Картина г. Пимоненко

Сцена происходит в Малороссии, в убогой деревне, с деревянной ветхой церковью. Наступила ночь перед Христовым Воскресеньем и, мало по малу, деревенька проснулась; по единственной улицне её, составляющей продолжение или, вернее, часть дороги и идущей от одного города до другого, началось движение. В особенности много видно женщин, приодетых по праздничному, иногда кокетливо. Дети толпой сопровождают их. Они несут пасхи и куличи и все направляются к убогой церкви, стоящей по выходе из села, почти в поле, на косогоре. Внутренность церкви горит огнями; ещё какая-нибудь четверть часа – и начнётся благовесть, возвещающий великую радость православному народу. С другой стороны села направляется к церкци целая толпа народа, тоже принаряженная по праздничному. Тут попадается всякий люд – со своей деревни и с соседних, - старички, молодые парни, девки, бабы. Ребятищки, разумеется, и тут составляют главную армию. Толпа эта подходит к церкви и старается протиснуться внутрь, хотя церковь уже и без того порядком заполнена. Делать нечего, приходится стоять у входа. А бабы с пасхами и куличами устроились тут же, по близости, и составили как бы кольцо вокруг церкви; на земле, подостлав платочки, они расставили свои куличи и сами уселись рядышком. Куличи будут святить. Ребятишки и тут шмыгают и в ожидании крестного хода намереваются даже затеять игру.
- Вишь озорники какие, нехристи, Бога вы не боитесь, шельмы».. говорит одна старуха, злобно поглядывая в их сторону. Она уселась у самого крыльца церкви и заняла. Так сказать, одно из почётных мест.
Ребятишки, конечно, не обращают ни малейшего внимания ни на её брань, ни на брань других баб, желающих поддержать порядок и благочиние. Начинается игра. Но мужики их мигом смиряют: несколько подзатыльников и дело с концом. Ребятишки уходят подальше от взрослых. У церкви остаются только девочки, которым ведь тоже скучно, в ожидании крёстного хода.
- Гопко, давай пробовать яйцо, у кого сильнее … говорит одна девочка другой.
Вынимают из кармана красные яички … пробуют: у Гопки яичко разбито и победительница весело смеётся, а Гопка с недовольным видом уходит в сторону.
В это время несколько поодаль стоят две молодые бабы, сторожа свои куличи. Сзади них здоровый парень, который чуть-чуть нагнувшись к одной из них, что-то говорит им забавное; бабы улыбаются, отсраняясь, впрочем, от него с жестом, как бы говоря:
- Да уйди ты, ради Христа, не вводи во грех! Озорник, право, озорник!..
Словом все в праздничном настроении, в ожидании великого праздника … И вдруг всё приходит в движение … раздался первый звук колокола … Сейчас пойдёт крёстный ход. В публике движение, толкотня и начинают раздаваться поцелуи и приветствия: «Христосе воскресе!» - «Воистину воскресе»…



Александр Иванович Морозов (1835-1904). Выход из церкви в Пскове. Государственная Третьяковская галерея

Из журнала «Всемирная Иллюстрация» №230-1873 г.:

«Выход из церкви», картина академика А.И. Морозова

Есть громкие имена в живописи, как и во всякой специальности, составившие репутацию одним, каким-либо, произведением. Случалось даже составить имя за одну идею, бывшую в большом ходу в обществе и нашедшую воплощение в произведении художника, затем делавшего и ложные шаги, но не утрачивавшего лестное внимания публики, привязавшегося к его имени. Есть, наоборот, и глубокие в основе дарования, произведения которых нравятся, возбуждают похвалы знатоков и любителей, не удостаиваясь горячего сочувствия массы, легко увлекающейся модным эффектом. К которому из этих двух типов художников окажется более сочувствующим беспристрастное потомство, покажет время. Или, лучше сказать, время сбросит завесу. Скрывающую скромное достоинство и все хорошие стороны истинного таланта всплывут наверх, сообщив ему в потомстве лучезарное сияние непреходящей репутации и уверенной оценки капитальных качеств. Каковы (у всякого творца) верность характеров, правда в идее создания и простота самой природы, потому и не режущая глаз эффектом.
Живописец домашних сцен. Александр Иванович Морозов (родившийся в Петербурге, 17 мая 1835 г.), по свойству своего скромного, хотя и несомненно оригинального таланта, принадлежит ближе других к последнему, указанному нами, типу художников. Отзывы современных ценителей почему-то холодно и как-то вскользь говорят о его работах, по нашему мнению заслуживающих большей теплоты сочувствия. Александр Иванович Морозов вступил в Академию в 1851 году и считался учеником А.Т. Маркова. Являясь на выставки с 1854 г.; с одними портретами, впрочем. В 1857 г. Ему присуждена за портреты гг. Языковых серебряная медаль, действительно, исполнение их было естественное и вместе с тем очень приятное. За таким скромным началом, вдруг А.И. Морозов в 1861 году написал «Отдых на сенокосе» - картину, удостоенную 2-ц золотой медали и посланную на Лондонскую всемирную выставку. В этом произведении художник показал замечательную наблюдательность и много теплоты чувства. В 1864 году написана им сцена, теперь нами помещаемая, «Выход из церкви», где богатство живых, самых разнообразных типов, представляющих ансамбль из быта губернского города в праздничный день, до того художественный и мастерски переданный, что может удовлетворить самую придирчивую взыскательность. Эта картина доставила художнику звание академика (1864 г.). Долго готовясь написать опять оригинальную картину «из обыкновенной жизни», художник на выставку настоящего года поставил изображение «Сельской бесплатной школы», останавливавшее массы зрителей. Если мы прибавим к сказанному, что художник, смотрящий на жизнь так здраво и просто, - в летах полного расцвета своих способностей, то приятная надежда видеть в будущем обилие настолько же задушевных произведений, как до сих пор исполненные, оказывается первым из ощущений, рождающихся при мысли о скромном артисте,посвящающем дни свои художественному труду. Существование трудом, конечно. Принуждало художника производить десятки портретов, картины для церквей и вообще работы для денег. Но, это не уклонило его мысли от идеалов, воплощённых в сценах быта, с живой мыслью в основе, оригинальными характерами и естественным выполнением без всякой аффектации. Желаем ему от души успехов.
Иван Иванович Творожников (1846-1919) - У церкви. Государственная Третьяковская галерея

Из журнала «Всемирная Иллюстрация» №1146 -1891 г.:

«У церкви»
Картина И.И. Творожникова

Из жанровых картин прошлогодней академической выставки, кактина г. Творожникова «У церкви» – несомненно одна из лучших. Г. Творожников принадлежит к небольшой теперь группе художников. Которые разрабатывают в своих произведениях народный быт; он его хорошо знает, видимо тщательно наблюдал его и эти наблюдения не пропали для него даром. В картине «У церкви» нет особенной идеи, но в ней есть много непосредственного наблюдения, знание народной жизни и чудестные типы. В картине прекрасно сгруппированы фигуры и каждая из них представляет характерный народный тип; мужики, спокойно стоящие, бабы в различных позах, с детьми на руках или с котомками, молящиеся или отвешавающие глубокие поклоны, мальчики и дети, дрожащие от холода и весь этот люд, вереницей стоящий у входа в церковь, – всё это представляет не только живописную, но и правдивую группу, которая является тем более характерной, что окружена чуть-чуть намеченным, но прекрасно выполненным пейзажем.

вторник, 18 марта 2014 г.

А.Е. Архипов (1862-1930) - "Пьяница"

Посмотреть на Яндекс.Фотках
ТАЙНАЯ ПРОДАЖА ВОДКИ

Есть на свете для нашего «серого» мужичка» одно волшебное, магическое слово, чудодейственная сила которого равна и в заколоченной дымной лачуге бедняка, и в расписной горнице богоча-мироеда. Это могущественное, всесильное слово – водка! В самом деле крестьянин всем готов услужить за посуленный ему стаканчик. Шкалик – его первый и лучший друг; выпьет он отрадости – вино из весёлого обратит его в счастливого, выпьет с горя – зальётся и горе, придёт хотя бы временное забвение. Мужик прост и доверчив: обмануть и провести его нетрудно. Но не в каждой деревне однако есть кабак; можно бы тут сказать: к счастью; но в таких деревнях, в большинстве случаев. Существует иной споссоб эксплоатации: нет отрытой, законной продажи вина – есть тайная. Между убогими крестьянскими избами наверное находится хорошо знакомая каждому из жителей таинственная избушка. С виду она ничем не отличается от прочих, разве только внутри обнаруживается несколько больший достаток, да хозяину её или даже хозяйке при встрече ниже поклонится оборванный земляк. Да как и не поклониться? Быть может, сегодня же горемыка побредёт к ней украдкой «порешить» последний пятак за стаканчик, без которого он не в силах переносить свою горькую долю. Одну из таких сцен наглядно изобразил художник на своём рисунке. Вот он, горемычный, уныло стоит посреди избы, опустив голову и заложив назад руки; возле него на полу валяется хомут. Видно уж сильно понадобился ему стаканчик, когда он решился добыть его ценою такой дорогой вещи в крестьянском хозяйстве! Но он и не глядит более на него; забыта недавняя борьба, забыта горькая дума, как завтра выехать в поле, как привезти хлеб голодным ребятишкам: там, при тусклом свете оконца, уже заманчиво журчит, переливаясь в заветный штофчик, живительная влага…
Ч.

Заметка о картине взята из журнала «Всемирная Иллюстрация» №886-1886 год. 

Картину «Пьяница» купил Третьяков за 200 рублей и по всей вероятности она должна находиться в Третьяковской галерее.  Однако цветную репродукцию этой картины найти не удалось - только открытку, выпущенную до революции, которая несколько отличается от картины.

пятница, 7 марта 2014 г.

Колдунья («С нечистым знается») -Картина К. Савицкого

"С нечистым знается". Государственная Третьяковская галерея

Колдунья. («С нечистым знается».)
(Картина К. Савицкого)

Вы знаете множество художественных сюжетов, где художники изображали колдунью, где они старались передать то фантастическое представление, которое неразлучно связано с именем колдуньи по народным легендам и суевериям; но нигде, сколько мы помним, образ колдуньи не выражался не чем иным, как злостным выражением старушечьего лица, распатланными волосами и затем известными атрибутами колдовства. Нет сомнения, что с именем колдуньи неразрывно связано понятие о злом духе; трудно также себе представить колдунью без атрибутов её колдовства; но реальное, а вместе с тем и художественное изображение колдуньи требует не одного злого лица, с распатланными волосами, не одних злых глаз и помела. Колдунья или, как называются они иначе, ведьмы получили своё название от того, что они «ведуньи», то есть знающие, сведующие. Поэтому, в сущности, они ничто более, как знахарки. Ведьмами в старину называли деревенских бабок-повитух, знакомых с различными приёмами в других болезнях, сведениям о которых особенно нужны при их специальности. Если такие женщины в старину получили название знахарок или ведьм, то есть ведуний, сведующих, то, конечно, не в бранном или презираемом смысле, если же это слово со временем получило дурное значение, то, вероятно, в силу не вполне удачных деяний при их лекарской практике. Они лечили, как и до сих пор лечат в деревнях, - разными травами; а народ сложил вследствие этого легенду, что травы эти собираются ведьмами, по преимуществу, в ночь на Ивана Купала. Травы эти, - папоротник, белоголовник, шалфей, плачун, дурман, адамова голова, иван-да-марья, чертополох, подорожник, полынь и другие, - в руках обыкновенных людей не имеют такой силы, как в руках ведьм. Которые приготовляют из них разные настои и мази. Таким образом с именем колдунь связывается в народном представлении не одна простая злоба, но и мудрость, т.е. знание, ведание. Тип, вследствие этого, ведьмы далеко не так прост, каким его изображали многие из художников; и г. Савицкий, если не представил этот тип в таком богатом и драматическом сюжете, в каком мы видели колдуна в талантливой картине Максимова «Приход колдуна на свадьбу», то, всё-таки. Колдунья г. Савицкого – это тип вполне цельный. Не утрированный, а также не шаблонный. В нём много жизни, правды и того художественного чутья. Которое подсказало художнику известные границы в олицетворении народной фантазии и реальной действительности. В глазах и лице колдуньи Савицкого много сысли; в этом лице не столько выражена злоба. Сколько страдание, немощность. Какое-то усилие, какая-то болезненная дума; лицо это всё в напряжении, всё сосредоточено на чём-то непосильном для мозга, на чём-то таком, что делает лицо отчасти безумным, страдающим; но ни как не злым и не тупым, не безрассудным … Все атрибуты, которыми окружила народная фантазия образ колдуньи, - они также уместны при такого рода задаче и нисколько не мешают реальности самого изображения. И кот, ласкающийся у ног старухи, и сорока, сидящая сзади на спинке стула, - всё это почти в порядке вещей. А травы. Банки. Котелок для варки трав и другие аксессуары – о них нечего и говорить, - они весьма правдиво целиком передают обстановку старухи. Слывущей в народе под именем колдуньи. Написана картина немного сухо и несколько грубо, но, тем не менее, и в самом письме, особенно в лице старухи, так много натуры и так серьёзно всё трактовано, что достоинства талантливой кисти Савицкого сказались в каждом мазке. Картина эта, как и было уже во «Всемирной Иллюстрации» заявлено, была выставлена на последней, то есть седьмой, передвижной выставке ив настоящее время, вместе с другими картинами членов «товарищества передвижной выставки», совершает обычный путь по России.

Из журнала «Всемирная иллюстрация» №569 – 1879 год

понедельник, 17 февраля 2014 г.

А.И. Корзухин (1835-1894) - "Разлука"

А.И. Корзухин (1835-1894). "Разлука". 1872 г. Масло, холст. Государственная Третьяковская галерея

Выставка в Академии художеств 1973 г.
"Отправление кадета в Корпус"; картина Корзухина.
Сцена,находящаяся перед читателями, хорошо знакома многим из них. Это прощание матери с сыном, отправляющимся, как только выразился отец, сидящий поодаль, "на службу царскую". Конечно, эта служба ещё очень легка; всё больше грамматика, катехизис и всякие двушереножные и одиночные учения, под надзором старших товарищей и ближайшего начальства. Мать говорит своему сыночку всякие хорошие вещи, но он, видимо, не слушает их и думает о чем-то другом, ему самому неизвестном, может быть о славе?!
Эта таинственная слава. которая манит к себе мальчика, очень хорошо знакома старику отцу - потому что он давно произошёл её и находится в отставке. Это знание - не мешает ему посылать тою же дорогою и сына своего. "Пусть, мол. попробует свои силы; может быть вывезет!"
Вывезет - или нет, дело тёмное, но сама картина г. Корзухина. красовавшаяся на нашей выставке, передаёт очень ясно содержание семейной сцены. Она скомпанована весьма просто и изящно,отделана хорошо и по всей справедливости прошла не незамеченною. Недавно изображение её было напечатано в одной из лучших английских иллюстрированных изданий. Как видно, после последней художественной выставки в Лондоне, на которой первое место единогласно было отведено русским художникам, о чём своевременно мы сообщали, английская печать следит за ними очень внимательно. Этому нельзя не порадоваться, и мы считаем себя обязанными сообщить это и нашим читателям. 

"Всемирная  иллюстрация" № 262 от 5 января 1874 года.

воскресенье, 10 ноября 2013 г.

Н.П.Крымов (1884-1958) - «Московский пейзаж. Радуга»

Н.П.Крымов (1884-1958). «Московский пейзаж. Радуга». Холст, масло. Государственная Третьяковская галерея


См. также:


Николай Петрович Крымов


суббота, 9 ноября 2013 г.

И.Н. Клычев (1923 г.р.) - «Белуджи»

И.Н. Клычев (1923 г.р.) «Белуджи». Исполнено в 1965 году. Государственная Третьяковская галерея

Клычев, Иззат Назарович (10.10.1923 - 12.01.2006)
Живописец. Член Союза художников СССР. Народный художник СССР, член-корреспондент Академии художеств СССР, лауреат Государственной премии СССР, лауреат Государственной премии Туркменской ССР им. Махтум Кули.
Народный художник Туркменской ССР (1964) и СССР (1973), академик АХ СССР (1988), Герой Социалистического Труда (1983).
Окончил ЛИЖСА (1953), ученик Б.Иогансона, Ю.Непринцева, И.Серебряного.
Дипломная работа в ВАХ - "В пустыне Кара-Кум", оценка - отлично. Обучение проходило на живописном факультете, присвоена квалификация художника живописи.
Декоративные, яркие по цвету композиции, портреты, натюрморты «За лучшую долю» (1957), триптих «День радости» (1967), «В.И.Ленин» (1969-70), «Новое рождение» (1972), серия «Моя Туркмения» (1963-75), «Флаг республики» (1977) и другие работы.

суббота, 2 ноября 2013 г.

И.П. Похитонов (1850-1923). «Ранняя весна. По. Прачки на берегу Гавы».

Художник И.П. Похитонов (1850-1923). «Ранняя весна. По. Прачки на берегу Гавы». Исполнено в 1885 году. Государственная Третьяковская галерея

См. также:


 Иван Павлович Похитонов


четверг, 5 сентября 2013 г.

Художник Головин А.Я. (1863-1930), две картины из Третьяковки

Художник Головин А.Я. (1863-1930). «Берёзки». Картон, гуашь. 68,4х78 см. Государственная Третьяковская галерея

Художник Головин А.Я. (1863-1930). «Испанка». Исполнено в 1907 году. Государственная Третьяковская галерея

См. также :


Александр Яковлевич Головин

среда, 7 августа 2013 г.

П.А. Федотов (1815-1952) - «Уличная сцена во время дождя»

П.А. Федотов (1815-1952). «Уличная сцена во время дождя». Исполнено в 1837 году. Государственная Третьяковская галерея

См. также:

Павел Андреевич Федотов





суббота, 1 декабря 2012 г.

"Стычка с финляндскими контрабандистами" В.Г. Худякова (1826-1871) - одна из картин, положивших начало Третьяковской галерее

В.Г. Худяков (1826-1871). Стычка с финляндскими контрабандистами. Исполнено в 1853 году. Государственная Третьяковская галерея
Из "Нового полного биографического словаря русских художников" Э.Г. Коновалова:
Худяков, Василий Григорьевич (1826-1871) - живописец. учился в Москве в школе технического рисования, в Московском училище живописи и ваяния у Ф.С. Завьялова, в 1848 г. продолжил образование в Академии художеств в качестве вольноприходящего ученика. С 1851 г. - академик за "Портрет ректора Академии художеств А.И. Мельникова". За картину "Игра в шары" (1860, Киевский музей русского искусства) получил звание профессора. Работал преимущественно в жанре религиозно-исторической и портретной живописи, преодолевая академизм и демонстрируя реалистические устремления. Наиболее известное произведение Худякова - "Стычка с финляндскими контрабандистами" (1853) - одна из первых двух картин, приобретённых П.М. Третьяковым для своей галереи. Его работы имеются также в музеях Владимостока, Казани, Ульяновска. 

вторник, 22 мая 2012 г.

Ф. Я. АЛЕКСЕЕВ (1753—1824) - Вид Дворцовой набережной от Петропавловской крепости

Ф. Я. АЛЕКСЕЕВ (1753—1824). Вид Дворцовой набережной от Петропавловской крепости. 1794 Холст, масло. 70 X 108 Государственная Третьяковская галерея
С именем Фёдора Яковлевича Алексеева связано начало развития городского пейзажа в русской живописи. Городские ведуты были широко распространены в западноевропейском искусстве XVIII века. Особенно известны виды Венеции, царственной и дряхлеющей, переживший свое былое величие, выполненные Гварди, Каналетто, Беллотто, Петербург — «Северная Венеция» — на полотне Алексеева вызывает ощущение юности и кристальной чистоты. В классицистическом пейзаже, представителем которого был Алексеев, четко прослеживается трехчастное деление на параллельные планы. На картине Алексеева часть мрачного бастиона слева несколько нарушает такое построение. На дальнем берегу Невы изображены величественные петербургские дворцы с тонко прорисованными деталями и островок бледной зелени Летнего сада. Большая часть картины отводится изображению неба и воды, наполненными движением. По реке скользят лодки, у берега вода расходится голубыми кругами ряби. На небе клубятся легкие облака. Дворцы занимают небольшую полосу земли. Их объемы мягко окутаны воздухом и пронизаны рассеянным золотистым светом. Здания, как бы поднимающиеся из воды, кажутся невесомыми, отражения в Неве подчеркивают их легкость и прозрачность. Бледные и холодные цвета дворцов под стать петербургскому небу, воде и солнцу, а их фасады как бы навеки впитали неяркие краски северной- природы. Немногочисленные персонажи, изображенные в картине, заняты своими будничными делами: отталкивается от берега лодочник, женщина набирает воду, другая — занимается своим ребенком, два приятеля у стены бастиона мирно беседуют. Все погружено в спокойное бытие и соотносится с неторопливым течением жизни природы. 
© «Изобразительное искусство». Москва. 1984

пятница, 20 января 2012 г.

Н и к о л а й Г е : жизнь в поисках истины

По музеям и выст авочным залам
Н и к о л а й Г е : жизнь в поисках  истины
Наталия Толстая, учёный секретарь Государственной Третьяковской галереи.

Выставка «Что есть истина?», открытая в Третьяковской галерее к 180-летнему юбилею Николая Николаевича Ге (1831—1894), оказалась как нельзя более актуальной сейчас, когда следование собственному творческому пути, открытие нового языка искусства, невовлечённость в мейнстрим художественного процесса оказываются всё так же, как в конце XIX века, чреваты непониманием публики, ревностным неприятием коллег и цензурными запретами.
Необычной фамилией художник обязан иммигрировавшему в Россию во время Великой французской революции дворянину Matieu de Gay — своему прадеду. Отец художника, с уже вполне русским именем Николай Осипович, был военным. Николай Николаевич Ге родился в 1831 году в Воронеже. Детство его прошло в поместье отца на Украине. Окончив Киевскую гимназию, где преподавал известный историк Н. И. Костомаров (через двадцать пять лет Ге напишет портрет своего учителя), юноша поступил на математическое отделение философского факультета Киевского университета, затем перевёлся на тот же факультет в Санкт-Петербургский университет.
Аэндорская волшебница вызывает тень Самуила (Саул у Аэндорской волшебницы). 1856. Холст, масло. Государственный Русский музей.
Молодой студент-математик был в восторге от картины Карла Брюллова «Последний день Помпеи» и, как только переехал из Киева в Петербург, стал посещать вечерние классы Академии художеств, а затем, оставив университет, перевёлся в академию.
На открытие выставки приехал из Швейцарии
Кристоф Больман, спасший рисунки Н. Н. Ге.
Фото Игоря Константинова.
Ге пишет первые академические работы, ничем не отличающиеся от массовой историко-мифологической продукции, против которой спустя всего несколько лет станут протестовать его будущие друзья — передвижники. Единственное, что выделяет живопись молодого художника этого раннего периода, — контрастное драматическое освещение, сродни тому, что Караваджо внёс в академическую живопись Италии XVII века. Получив за картину «Аэндорская волшебница вызывает тень Самуила» большую золотую медаль и право пенсионерской поездки за границу, Ге вместе с женой отправляется в Италию.
Они прожили в этой стране тринадцать лет. В Италии родились их дети.
Когда изучаешь события жизни Ге, невольно обращаешь внимание на то, что он всегда или опаздывал, или опережал массовый вкус и направление работы других художников, оставаясь одинокой фигурой не только в русском, но и в европейском искусстве.
Пейзажи, созданные Ге в Италии, — последний вздох романтического отношения к природе. Горы, озёра, цветущие деревья, морские закаты и архитектурные задники жанровых сцен — вполне в духе романтической продукции европейских художников, работавших в Италии в первой половине XIX века. Но вдруг на фоне этих милых и, несомненно, имевших коммерческий успех работ возникают эскизы и большие исторические полотна совсем другого характера.
Николай Ге поклонялся Брюллову, в Риме посетил мастерскую Иванова. Но первый оригинальный замысел — «Тайная вечеря» (1863) — никак не связан с влияниями Брюллова и Иванова. Здесь контрастная светотень доходит до апофеоза, когда один из главных персонажей картины — Иуда — полностью оказывается захваченным тенью, загородив собой источник света. Всё в этой картине выражено не иллюстративно, а пластически. Именно владение универсальным художественным языком отличало Ге от многих собратьев-передвижников, слишком привязанных к российским проблемам и сюжетам. Несомненно, для Ге сюжет, текст, тоже был очень важен, но, подобно Александру Иванову, он выбирал, как правило, «сюжет всемирный» и, даже когда касался национальных исторических проблем, оставался лаконичным в композиции, которая сразу считывалась как конфликт двух личностей, двух стихий, двух фактур. И хотя в «Тайной вечере», порывая с иконографической традицией, он придал лицу Христа черты Герцена, с которым встречался в Италии, а апостола Петра — свои собственные, главное содержание картины не зависит от времени и места.
Тайная вечеря. 1863. Холст, масло. Государственный Русский музей.
Одновременно с появлением картины Ге в Париже была издана книга Жозефа Эрнеста Ренана «Жизнь Иисуса». Через год книга появилась и в русском переводе. Написанная с позиции критически настроенного историка, книга показывала Христа, скорее, как сына человеческого, чем как богочеловека. Этот исторический труд оказал огромное влияние на мировоззрение всей читающей публики второй половины XIX века. Так соединение актуальности затронутой темы и творческой эмансипации живописца принесло картине «Тайная вечеря» большой успех: Ге получил звание профессора Академии художеств, минуя звание академика, а картину приобрели для музея академии.
Вестники Воскресения. 1867. Холст, масло. Государственная Третьяковская галерея.
Следующей крупной работой на евангельский сюжет стало созданное в 1867 году полотно «Вестники Воскресения». В письме писателю Н. Г. Гарину Ге так описал её содержание: «Мария Магдалина стала заревом иного света, встречая у самого источника мрачный образ тьмы, уже сравнением вступает в борьбу и тем самым начинает ряд побед — историю свободы человека, венчанную в воскресении сына человеческого». Художник снова мыслит свою композицию в категориях света и мрака, однако здесь он пошёл дальше по пути преодоления академической выучки, результатом чего стали непонимание и оскорбительные отзывы о картине, опередившей на пару десятилетий появление символизма в европейской живописи.
Картину «В Гефсиманском саду» (1869), в которой есть предвосхищение цветового драматизма живописи М. А. Врубеля, также посчитали «неумелой». И чем более Ге развивал свою индивидуальную экспрессивную манеру, тем более он казался публике и критике неловким и небрежным.
Каррара. 1868. Холст, масло. Таганрогский художественный музей.
В 1870 году начинается новый этап и в жизни и в творчестве Н. Н. Ге: он окончательно возвращается в Россию из Италии и становится одним из учредителей Товарищества передвижных художественных выставок. Как бывшего математика, его выбирают казначеем. Объединившись, художники обрели финансовую независимость, так как входная плата за посещение выставок распределялась между экспонентами. Профессор Академии художеств Николай Ге обращается к сюжетам русской истории. Его исторические полотна почти каждый год появляются на выставках передвижников и широко обсуждаются российской публикой.
Перевозка мрамора в Карраре. 1868. Холст,масло. Государственный Русский музей
Одним из «гвоздей» первой выставки передвижников стала картина «Пётр I допрашивает царевича Алексея Петровича в Петергофе». Антагонизм образов энергичного Петра и безвольного, покорного Алексея поддерживается психологической дуэлью их взглядов. Оба персонажа картины введены историей в обстоятельства, где каждый из них — заложник. В характерах обоих есть чёрное и белое, как в шахматном рисунке пола монплезирского дворца. Снова, совпав с настроением публики, с её жаждой национальных исторических сюжетов, Ге стал её кумиром. И. Н. Крамской писал об этом так: «Ге царит решительно. На всех его картина произвела ошеломляющее впечатление». Но уже следующие две исторические картины Ге («Екатерина II у гроба императрицы Елизаветы» и «А. С. Пушкин в селе Михайловском») не вызвали у зрителей такого восторга и были приняты почти равнодушно, даже с некоторым недоумением.
В Гефсиманском саду. 1869. Холст, масло. Ивановский областной художественный музей
Ге предпринимает неожиданный и вполне революционный поступок — в 1876 году оставляет Петербург и едет на купленный им хутор Ивановский Черниговской губернии. Уезжает навсегда. Причину этой жизненной перемены он объяснял так: «Четыре года жизни в Петербурге и занятий искусством, самых искренних, привели меня к тому, что жить так нельзя. Всё, что могло бы составить моё материальное благосостояние, шло вразрез с тем, что мною чувствовалось на душе… Так как искусство я просто люблю как духовное занятие, то я должен отыскать себе способ независимо от искусства. Я ушёл в деревню. Я думал, что жизнь там дешевле, проще, я буду хозяйничать и этим жить, а искусство будет свободно…»
В новых обстоятельствах последнего периода жизни Ге снова возвращается к той теме, которая была ему ближе всего, — к евангельской истории, а также впервые после Италии пишет пейзажи. Его ночные украинские этюды имеют в большинстве своём характер набросков, но их колорит вызывает в памяти работы Врубеля, высоко ценившего искусство Ге. Вместе с женой Надеждой Ивановной Забело, родной сестрой невестки Ге Екатерины Ивановны, Врубель гостил на хуторе Ивановском уже после смерти хозяина и даже работал в его мастерской.
Портрет неизвестной в голубой блузе (Еврейка). 1868. Холст, масло. Государственная Третьяковская галерея.
Соприкоснувшись с подлинной крестьянской жизнью на хуторе, Ге создал и свой, непохожий на идеализированный народнической мыслью образ человека из народа. На его портретах того времени помимо родных и знакомых — крестьяне: мужики, девушки, дети. По меткому наблюдению исследователя творчества Ге Т. Л. Карповой, в своих крестьянских моделях Ге отмечает их «косноязычие».
Портрет А. И. Слюсаревой (Гапка с волами). 1875 (?). Холст, масло. Тульский музей изобразительных искусств
Психолог Ге не может прочесть то, что силятся сказать его модели, — их язык невербален. Как сильно отличаются эти образы от портретной галереи писателей и представителей интеллигенции, которых Ге писал в Петербурге, в которых, при сдержанности поз и почти полном отсутствии жестов, ощутимы большая душевная работа, целые миры. Эта социальная, классовая дистанция, которую передвижники старались не замечать или камуфлировать, у Ге превратилась в бездну.
Последние без малого двадцать лет жизни художник посвятил главному делу своей жизни — созданию «Страстного цикла».
Портрет И. Доманже. 1868. Холст, масло.Государственная Третьяковская галерея.Иосиф Доманже, участник революции 1848 года во Франции, иммигрировал в Италию, был учителем детей художника во Флоренции.
Первой работой Ге, открывшей широкую полемику среди любителей искусства и собратьев-художников, стала картина «Что есть истина?» Христос и Пилат (1890). Появление её связано для художника с очередной драмой: «Что есть истина?» написана поверх картины «Милосердие» (1879), вызвавшей раздражение и неприятие публики. У картины было и второе авторское название «Не Христос ли это?», и она прямо ссылалась на текст Евангелия от Матфея, который Ге поместил на раме: «Поелику вы сделали сие одному из сих братьев моих меньших, то сделали мне». И эта смелая ссылка на евангельский текст, и «неумелость», в которой упрекали художника, стали причиной того, что картину Ге увёз на хутор и уничтожил, и теперь она известна только по фотографии. На этом холсте и написана знаменитая работа «Что есть истина?», которую ждал тоже не самый тёплый приём публики.
Старик крестьянин. 1880-е. Этюд. Холст, масло. Киевский музей русского искусства.
Несомненно, картины и рисунки, связанные с крестными муками Христа, родились не без воздействия на художника ближайшего друга последних лет его жизни — Л. Н. Толстого. В чём-то Ге даже оказался более острым, чем великий Толстой: его видение ужаса и одиночества человека перед лицом смерти и чувство богооставленности в этот момент гораздо сильнее выражены в живописи и рисунках художника, чем в прозе писателя.
Лунная ночь. Пруд на хуторе Ивановском. Конец 1880-х — начало 1890-х. Этюд. Холстна картоне, масло. Государственная Третьяковская галерея.
Кризис «остановки жизни», который Толстой описал в своей «Исповеди», переживал и Ге, поэтому они стали так близки друг другу. Последние двенадцать лет жизни Ге часто бывал у Толстого, жил в доме писателя в Хамовниках в Москве и в Ясной Поляне, помогал советами дочери писателя, начинающей художнице Татьяне Львовне, создал один из самых простых и правдивых живописных портретов Льва Николаевича, сидящего за письменным столом. Толстой очень ценил Ге и поддерживал его, особенно в поиске нового образа Христа. «Холсты расписывать много есть мастеров, а выразить те моменты евангельских истин, которые вам ясны, я не знаю никого, кроме вас», — писал художнику Лев Николаевич. Вслед за Толстым Ге стал вегетарианцем и отказался от собственности в пользу своей семьи. Научился он ремеслу печника. Однако Толстой не только постоянно побуждал художника заниматься искусством, но и поддерживал и защищал его произведения. В частности, после того как «Что есть истина?» была показана на передвижной выставке в Санкт-Петербурге и спустя несколько дней снята с неё по распоряжению градоначальника, Толстой добился альтернативного показа картины на частных квартирах не только в России, но и за границей. Таким образом, Ге стал ещё и предвестником ап-арта (квартирных выставок неофициальных советских художников 1970-х годов).
Портрет Л. Н. Толстого. 1884. Холст, масло. Государственная Третьяковская галерея
Толстой после неприветливого приёма картины «Что есть истина?» написал очень жёсткое письмо П. М. Третьякову, который, как и большинство, не понял произведения Ге: «…вы посвятили жизнь на собирание предметов искусства — живописи и собрали подряд всё для того, чтобы не пропустить в тысяче ничтожных полотен то, во имя которого стоило собирать все остальные. Вы собрали кучу навоза для того, чтобы не упустить жемчужину. И когда прямо среди навоза лежит очевидная жемчужина, вы забираете всё, только не её. Для меня это просто непостижимо. Простите меня, если оскорбил вас, и постарайтесь поправить свою ошибку, если вы видите её, чтобы не погубить всё своё многолетнее дело». Авторитет Толстого был столь велик, что Третьяков, вопреки своему вкусу и вкусу своих близких, вопреки даже собственному правилу не слушать сторонних советов, картину купил. Однако поздних произведений Ге собиратель не понимал, некоторые из них называл «нехудожественными».
Распятие. 1894. Холст, масло. Местонахождение неизвестно (ранее картина находилась в собрании сына художника Н. Н. Ге в Швейцарии). Фото опубликовано в Каталоге выставки.
(Из журнала «Всемирная Иллюстрация» №1237-1892 г.:
Искусства
- Новая картина Н.Н. Ге. Известный профессор живописи Н.Н. Ге, почти безвылазно живущий в своём имении близ ст. Плиски курско-киевской жел.дороги, оканчивает новую картину на громадном полотне, над которой работает уже в течение пяти лет. Новая картина Н.Н. Ге. Предназначаемая им для предстоящей передвижной выставки, изображает распятие Христа и воспроизводит момент нравственного перерождения одного из разбойников, распятых вместе с Христом. По отзывам лиц, видевших картину в мастерской художника, она своей реальностью и глубиной мысли производит неотразимое впечатление.)

Картина «Что есть истина?» стала своеобразным «пробным шаром»: практически никого она не оставила равнодушным. Очень характерно, что многие просвещённые зрители, в том числе и Александр III, ценившие ранние картины художника, совершенно не понимали его поздних работ. При знакомстве с «Распятием» (1894) царь сказал: «…мы ещё кое-как это поймём, но народ… он никогда этого не оценит, это никогда не будет ему понятно». Удивительно, но насколько эти слова перекликаются со знаменитым ленинским высказыванием, что искусство должно быть понятным народу. В своём неприятии нового выразительного языка Ге сошлось большинство просвещённой публики, в том числе и многие художники. Редки были голоса тех, кому картина «Что есть истина?» понравилась, кто увидел в ней «величайшее явление не только в живописи, но и в области философии истории».
Следующие картины «Cтрастного цикла»: «Совесть. Иуда» (1891) с пронзительно одинокой, освещённой мертвенным лунным светом фигурой Иуды. Лица его мы не видим, но сам силуэт говорит о мучительности выбора совести; «Суд синедриона. “Повинен смерти!”» (1892), где фигура Иисуса теряется среди торжественно и равнодушно шествующих мимо него первосвященников; «Распятие» (1892) с умирающим на кресте в муках Христом, в котором контраст тьмы и резкого бледного света подчёркнут неестественно-ядовитым зелёным цветом; «Голгофа» (1893), в ней Ге открывает новый язык живописной экспрессии, ту самую «живую форму», которую он неустанно искал в течение всей жизни.
Все эти картины, разбросанные по музеям разных стран, встретились на выставке и снова поражают зрителей опередившей свою эпоху экспрессией, своей «живой формой», выражающей «живое содержание» страданий Сына Человеческого.
Голгофа. 1893. Холст, масло. Государственная Третьяковская галерея.
Недавно, благодаря счастливому стечению обстоятельств, в собрание Третьяковской галереи поступили более 50 рисунков Н. Н. Ге, приобретённые за рубежом. В основном это подготовительные рисунки к страстному циклу, чуть было не пропавшие после смерти сына художника Николая Ге-младшего. Их купил на блошином рынке в Швейцарии в 1950-х годах молодой тогда архитектор Кристоф Больман. Рисунки лежали на полу, ненужные никому, на некоторых даже оставались отпечатки подошв. Имя художника Ге в Европе, несмотря на все усилия сына по его популяризации, осталось неизвестным, сюжеты рисунков не привлекали покупателей. Теперь, когда на выставке эти рисунки встали в один ряд с известными картинами, можно проследить замысел художника в развитии. Некоторые листы содержат редкие по остроте портретные характеристики, другие дают представление об особенностях построения композиции. Хотя Ге нельзя признать виртуозным рисовальщиком, он в рисунке, как и в живописи, скорее, пытался передать светотеневые соотношения. Приобретение рисунков и юбилейная выставка в целом раздвигают наше представление о художнике Николае Николаевиче Ге.
Иуда. Набросок. Серый картон, уголь. Рисунок очерчен химическим карандашом. Государственная Третьяковская галерея. Вместе с другими рисунками приобретён в 2011 году у К. Больмана
В его жизни и творчестве остались ещё белые пятна. Например, пока не установлено местонахождение последнего «Распятия» (1894). Ге умер вскоре после того, как эта картина была снята с очередной выставки по распоряжению Александра III. 
Художник похоронен рядом с женой Анной Петровной неподалёку от дома на хуторе Ивановском, где он провёл последние годы жизни. Родословное древо семьи продолжает расти и ветвиться. В художественном же отношении Ге остался фактически одинокой фигурой. Художники младшего поколения, оценившие его экспрессивную манеру, оказались невосприимчивы к его духовным исканиям. А порождение ХХ века — абстрактный язык живописи — и вовсе развело форму и содержание, о единстве которых так заботился Ге. Однако искусство Николая Николаевича Ге, очень искреннее, чистое, вневременное, и теперь ещё находит отклик в сердцах многих зрителей.
Выставка работает до 5 февраля.
«Что есть истина?» Христос и Пилат. 1890.Холст, масло. Государственная Третьяковская галерея.
Пётр I допрашивает царевича Алексея Петровича в Петергофе. 1871. Холст, масло. Государственная Третьяковская галерея