Показаны сообщения с ярлыком Лувр. Показать все сообщения
Показаны сообщения с ярлыком Лувр. Показать все сообщения

четверг, 9 марта 2017 г.

Жорж де Ла Тур - «Шулер с бубновым тузом»

Жорж де Латур (1593-1652). Шулер с бубновым тузом. Исполнено около 1635 г. Холст, масло. 106 х 146 см. Лувр (Париж), в коллекции с 1972 г.
Из альманаха «Великие музеи мира» №2 «Лувр. Париж»:
С этой знаменитой картины, обнаруженной в 1926 году, начинается возвращение «дневных сцен» де Латура. Подписанная внизу слева, на краю стола, она датировалась по-разному. Латур подхватывает тему мошенничества, предложенную Караваджо, и очень часто трактовавшуюся и после него. На эту тему мастер накладывает историю о блудном сыне, разоренном женщинами. В этой картине в единстве пребывают три главных моральных соблазна XVII века: женщины, азартные игры и вино. Художник призывает к размышлению зрителя, восхищенного и погруженного в созерцание неподвижности, царящей в сцене, где странным образом смешаны напыщенность и ирония. Общая мрачность фона выявляет потрясающие участки чистой живописи: натюрморт, состоящий из оплетенной бутыли и бокала вина, детали одежды куртизанки в центре, вышитый казакин на крайнем справа юноше. Де Латур написал также другую версию Шулера, где крапленая карта - туз треф, а не туз бубен, как здесь.
Лицо юноши является символом добра и невинности, а также наивности тех, кто мечтает об удовольствиях, предлагаемых куртизанкой, и кто будет осмеян. Юноше оппонирует шулер, с лицом, полускрытым в темноте (символ зла).
Алессандра Флеголент

«Шулер с трефовым тузом». Частное собрание. Женева

воскресенье, 19 февраля 2017 г.

Рафаэль - «Портрет Бальдассаре Кастильоне»

Рафаэль. Портрет Бальдассаре Кастильоне. Исполнен в 1515-1516 гг. Дерево, масло, перенесенное на холст 75 х 65 см В коллекции Лувра с 1661 из коллекции Людовика XIV

Из альманаха «Великие музеи мира» №2 «Лувр. Париж»:
Изображаемый, друг Рафаэля, был одним из самых выдающихся представителей культуры Возрождения и воплощал в себе, в глазах художника и его современников, идеал эстетического и духовного совершенства, описанного самим Кастильоне в книге «Придворный». Так, в открытом и безмятежном взгляде, в поведении и одежде раскрывается личность, соединяющая в себе чувственность и уверенность, презрительность и учтивость. Коричневатый фон воспринимается как темная завеса позади персонажа, вводя его в прямое общение со зрителем. На переднем плане выделяются скрещенные кисти рук. Расходящиеся, как по циркулю в стороны, локти задают глубину для мощного торса. Сильнее всего выделяется оттененная белоснежной рубашкой голова изображаемого. Склонность Рафаэля воссоздавать и раскрывать характер персонажа, вплоть до превращения его в универсальный образ, сохраняющий, однако, живое присутствие изображенного индивидуума, в полной мере проявилась в этом портрете.
Архитектоническое и хроматическое равновесие этой стереометрической конструкции, которая кажется покрытии желто-зеленоватой и коричневатой оболочкой,визуально обозначает духовно нравственное достоинство Кастильоне. Портрет представляет собой лучшее доказательство дружбы художника и писателя, возник шей в Риме, где оба они находились на службе при папском дворе.
Алессандра Флеголент

суббота, 17 декабря 2016 г.

Жан Валантен из Булони - «Гадалка»

Валантен де Булонь (1591 — 1632). Гадалка. Исполнено около 1628 г. Холст, масло 125 x175 см. В коллекцию Лувра картина попала до 1683 г. из коллекции Людовика XIV
Из сборника "Великие музеи мира" №2 "Лувр. Париж":
В первые десятилетия XVII века Рим был полюсом притяжения для иностранных художников, которые не могли оставаться равнодушными к реалистическим призывам Караваджо. Среди французских последователей Караваджо самым оригинальным и драматичным был Валантен де Булонь. Его ранняя биография мало известна. Однако точно известно, что художник прибыл в Рим в 1611 году. Умер он в этом же городе в 1632 году. Первые большие картины мастера относятся к 1618 году, когда он находился под влиянием Караваджо и Манфреди. У них мастер заимствует не только характерный караваджизм (контрастность) и почти геометрическое упрощение формы, достигнутое благодаря контрасту между тенями и освещенными участками, но и композицию с поясными фигурами, сцены в таверне или библейские сцены, в которых главную роль играют современные персонажи, взятые из повседневной жизни Темная, душная обстановка, которую мы воспринимаем как тесное, гнетущее пространство за спиной персонажей, выступающих из полутени, оживляется прикосновениями света, принимающего наиболее интенсивные оттенки в центральной части сцены. Энергичная, хлесткая светотень рельефно подчер кивает сосредоточенные лица персонажей, замкнувшихся каждый в своих размышлениях, несмотря на то, что место должно было бы способствовать общему застолью. Такого рода сцены, происходящие в грязной таверне, наполненной меланхолическими персонажами, хотя в комнате играют концерт, означает бескомпромиссную приверженность к реальности, вопреки легким живописным эффектам. 
Алессандра Флеголент

Деталь:

См. также:

Валантен де Булонь (1591-1634) - «Игра в карты с шулерами»

четверг, 15 декабря 2016 г.

Рогир ван дер Вейден - «Благовещение»

Рогир ван дер Вейден - Триптих "Благовещение".  Дерево, масло Центральная створка - 86 х 93 см,  в коллекции Лувра с 1799 г., Боковые створки - 89 х 36,5 см, в коллекции Савойской галереи с 1635 г.  Исполнен в 1632-1635 года 

Из сборника "Великие музеи мира" №2 "Лувр. Париж":
Центральная панель триптиха, боковые створки которого находятся в Пинакотеке Турина, считается юношеским произведением великого фламандского художника, который выражает весь свой аналитический настрой в архитектуре. Панель создает обрамление для изящных фигур ангела и Девы, сопоставленных в абстрактной изоляции, одетых в роскошную одежду, с печатью тонкой элегантности, идущей еще от готики. Сцена разворачивается в комнате Марии, в соответствии с формулой, которая возымеет большой успех в северной живописи XV века. Домашняя обстановка сцены позволяет художнику использовать предметы в качестве символов. Свет, падающий из расположенного справа окна (заимствование у Ван Эйка), мягко растекается по стенам и завесам. Яркие блики выявляют важные детали и цитаты, вписанные в обстановку, как, например, маленьких львов, вырезанных на скамье перед камином и служащих напоминанием о троне царя Соломона, с которым в Средние века отождествлялась Мария. Чистоту Богоматери здесь символизирует прибор для умывания. Обилие мистико-религиозных аллюзий не мешает зрителю погрузиться в реальность человеческой жизни, которая стоит выше догм и иконографии, и в которой выражено чувство религиозной сопричастности, всегда присущее произведениям ван дер Вейдена.
Александра Флеголент

Деталь:
Взгляд погружается в уют комнаты, увиденной сверху, где расположение мебели и предметов домашнего обихода ведет взгляд к окну на заднем плане, открытом в бесконечную даль пейзажа.
Из сборника "Великие музеи мира" №23 "Савойская галерея. Турин":

Две картины Савойской галереи (Коленопреклоненный священник и Посещение) представляют собой правую и левую створки знаменитого «Триптиха Благовещение», центральная часть которого сейчас хранится в Лувре. Занесённая в 1635 году в каталог коллекций герцогского дворца в Турине, работа была расчленена в 1799 году, когда «Благовещение» конфисковали и увезли в Париж навсегда. Большинство ученых считают этот триптих ранней работой мастера, датируемой 1432-1435 годами, когда художник все еще находился под сильным влиянием Ван Эйка и Флемальского мастера. Вполне вероятно, что эта картина была заказана Оберто де Вилла, членом богатой семьи духовного сословия. Молящийся священник слева не является заказчиком, первоначально изображенным художником, а скорее дарителем. Рентгеновские исследования показали, что голова и туловище были перерисованы фламандским мастером, который внес исправления еще до 1550 года. Этот факт, следовательно, позволяет предположить, что даритель был не Де Вилла, потому что фамильный герб пьемонтского рода был стёрт вместе с головой на первоначальном рисунке. Картину «Посещение» следует рассматривать как типологию, разработанную Рогиром (на самом деле, она уже встречается ранее в часослове маршала Бусико, поэтому весьма вероятно, что замысел родился в окружении Робера Кампена). Исходный сюжет представляет собой двух женщин, Марию и Елизавету, беременных, первая - Спасителем, вторая - Иоанном Крестителем. На заднем плане, под крыльцом, сидит мужчина. Его можно определить как Захарию, мужа Елизаветы.
Франческа Сальватори

 Детали триптиха:

Интерьер, где изображен даритель, и комната Мадонны представлены на центральной панели, которая в настоящее время находится в Лувре. На капители вырезаны изображения двух разведчиков, посланных Моисеем в Ханаанскую долину, и вернувшихся от Пророка с гроздью винограда. Две другие фигуры являются Давидом и Голиафом.
В истории живописи встреча Марии и Елизаветы всегда описывается с чувством дружелюбия и родственной любви, но связь между этими двумя женщинами, ввиду исключительного случая двойного чуда зачатия, передана здесь с особой интимностью и чувством женской солидарности.

См. также:

 Рогир ван дер Вейден

пятница, 9 декабря 2016 г.

МИКЕЛАНДЖЕЛО МЕРИЗИ ДА КАРАВАДЖО (1573—1610) - две картины из Лувра

Караваджо. Гадалка. Исполнено в 1594-1599 гг.  Холст, масло 99 х 131 см. В коллекции Лувра с 1665 г. Из коллекции Людовика XIV
Деталь:
Во время гадания по руке молодая цыганка ловко стаскивает кольцо с пальца нарядно одетого юноши Другой вариант этого сюжета хранится в Капитолийском музее в Риме (см. ниже).
Из сборника "Великие музеи мира" №2  "Лувр. Париж":
Традиционно считается, что эта работа Караваджо создана вскоре после его прибытия в Рим, с намерением заявить о своем анти-академическом направлении: «Окликни цыганку, которая случайно проходит мимо по улице, отведи ее в гостиницу в предвкушении приключения... Вообрази себя молодым человеком, который кладет одну руку в перчатке на меч и протягивает ей другую раскрытую руку, она берет ее и разглядывает...». Композиционную смелость, свободу в постановках, сечениях и освещении можно объяснить лишь отчасти, ссылаясь на обучение мастера в Ломбардии и его знание жанровой живописи, восходящей к Джорджоне. Именно в этом Караваджо устраивает самую настоящую революцию, которая посягает на смысл понятия «заниматься живописью». Здесь мы восхищаемся абсолютной оригинальностью художника в построении пространства, без планов, разграничивающих фигуры. Уверенность и дерзость кавалера переданы в его широком движении по диагонали, через противоположные выступы меча и перьев головного убора. II это время фигура цыганки кажется более закрытий и зажатой, в платье с широкими рукавами, скрывающими прекраснейшую часть руки.
Алессандра Флеготент
Караваджо. Смерть Марии. Исполнено в 1605-1606 гг. Холст, масло. 369 х 245 см.  В коллекции Лувра с 1671 г., покупка из коллекции Людовика XIV
Из сборника "Великие музеи мира" №2 "Лувр. Париж":
Включение повседневности в ее наиболее скромных проявлениях в священные сцены делает Караваджо великим новатором религиозной живописи XVII века. Однако именно это новаторство послужило причиной отказа от работы кармелитов Санта-Мария делла Скала, римской церкви, для которой она была предназначена. Из-за мало ортодоксального реализма Богородицы духовенство не смогло воспринять всепоглощающий гуманизм, переданный через изображение мертвого тела молодой утопленницы с непокрытыми ногами и вспухшим лицом. Картина была приобретена Гонзага при посредничестве Рубенса. Смерть Девы Марии становится сценой человеческого отчаяния и скорби со стороны группы, состоящей из мужчин, апостолов, и Марии Магдалины. Отчаянная бедность обстановки наполняется торжественностью и великолепием благодаря большой красной завесе. Высочайшее драматическое напряжение достигается за счет чрезвычайной концентрации стилистических средств. Все пространство организуется пересечением планов и сопоставлением групп, выделенных светом, который вылепливает фигуры и выхватывает из тени скорбящих и лик Мадонны.
В 1627-1628 годах картина, вместе со значительной частью коллекции Гонзаго, оказалась в собрании Карла I в Англии, а в 1649 году в коллекции банкира Жабаха, который, в свою очередь, продал ее в 1671 »оду Людовику XIV для украшения Версаля. В 1793 году картина попала в свое нынешнее место нахождения, называемое тогда Центральный Музей Искусств.
Алессандра Флеголент

См. также:

МИКЕЛАНДЖЕЛО МЕРИЗИ ДА КАРАВАДЖО (1573—1610)



среда, 21 ноября 2012 г.

Артемизия Джентилески (1593 -. 1652/1653)

Из книги «Великие художники» Роберта Камминга:
Дочь художника-караваджиста Орацио Джентилески (1563—1639), Артемизия Джентилески создавала сильные и выразительные работы, отражавшие события ее драматичной жизни. В 19 лет она якобы была изнасилована у себя дома другом и коллегой отца Агостино Тасси (ок. 1580—1644), а на судебном процессе ее подвергли пыткам. Несмотря на это ужасное событие (а возможно, отчасти благодаря ему), Артемизия преодолела половые предрассудки и стала одной из ведущих художниц своего времени. После суда в 1612 г. она вышла замуж за второстепенного флорентийского художника Пьетро Стьяттези и переехала из родного Рима во Флоренцию. Там она сразу прославилась и при поддержке рода Медичи  стала первой женщиной во флорентийской Академии художеств. В 1630 г. она окончательно обосновалась в Неаполе.
Артемизия Джентилески. «Сусанна и старцы». 1610. 170 х 121 см; Масло, холст. Лувр, Париж
Из книги «Великие художники» Роберта Камминга:
СУСАННА И СТАРЦЫ
Сюжет первой подписанной картины Джентилески предвещает ее личную трагедию, случившуюся год спустя. Библейская героиня Сусанна была приговорена к смерти на основании лжесвидетельств, но оправдана после вмешательства Даниила.
Два старца, привлеченные красотой Сусанны, пристают к ней в бане, угрожая обвинить ее в прелюбодеянии (что каралось смертью), если она не отдастся им. Артемизия утверждала, что ее насильник сговорился с папским ординарцем Козимо Кворли и вдвоем они публично обвинили ее в распутстве, как и Сусанну.
Агостино Тасси, чьи показания были полны нестыковок и откровенной лжи (судья открыто насмехался над ним), отсидел всего 8 месяцев в тюрьме.
Пытка сивиллы
На суде в 1612 г. Артемизия под присягой заявила, что Тасси изнасиловал ее, а затем пообещал жениться. В присутствии обвиняемого ее подвергли «пытке сивиллы»: на пальцы надели железные кольца, постепенно затягивая их. В этот страшный момент Артемизия начала выкрикивать: «Это правда, это правда». Затем, обращаясь напрямую к насильнику, она заявила: «Вот твои обручальные кольца, вот твои обещания».
Хотя манера Артемизии во многом напоминает отцовскую (он был ее единственным учите лем), стилистически ее картины резко отличаются. Ее творчество пронизано драматизмом и экспрессией, тогда как отец придерживался изящества и лиризма.
Творческие влияния
Драматичный жест Сусанны — инверсия позы Адама Микеланджело в знаменитой сцене изгнания из Сикстинской капеллы, а написанная в ракурсе рука темноволосого старца заимствована у Караваджо. Впрочем, Артемизия органично вплетала такие заимствования в свои оригинальные композиции.
Надпись
На каменной ступени вырезана надпись: «Artemitia / Gentileschi F. / 1б10». Эта работа — поразительное достижение для столь юной художницы: ей почти наверняка помогал Орацио.


ARTEMISIA GENTILESCHI (ROMA 1593 - 1652/1653 NAPOLI). BETSABEA AL BAGNO. Olio su tela. 288 x 228 cm - Артемизия Артемизия (Рим 1593 - 1652/1653 Неаполь). Купание Вирсавии. Холст, масло. 288 х 228 см

Артемизия Джентилески. «Юдифь, обезглавливающая Олоферна». Ок. 1620. 200 х 163 см; масло, холст. Уффици, Флоренция
Из журнала «Великие музеи мира» №11 «Галерея Уффици. Флоренция»: 
К этой теме, очень популярной в XVII веке, Артемисия, которой замечательно удавались сцены жестокости, обращалась неоднократно. Картина из галереи Уффици была создана для Козимо II Медичи. Юдифь, библейская героиня, символ освобождения от угнетения и тирании, изображена в момент обезглавливания Олоферна, командующего ассирийскими войсками, осадившими израильский город Бетулию. Артемисия переехала во Флоренцию из Рима, спасаясь от скандала, последовавшего за судебным процессом по поводу изнасилования, который она сама же и возбудила по отношению к художнику Агостино Тасси. Кровавую сцену зачастую рассматривали в ключе психологического состояния художницы, желающей освободиться от травмы, причиненной изнасилованием, и поэтому олицетворявшей себя с библейской героиней. Предыдущая версия из Национального музея Каподимонте, изображает Юдифь, облагороженную роскошным нарядом насыщенно-голубого цвета, украшенным золотистыми лентами.
Образ молодой служанки Абры во всех картинах Джентилески всегда четко определен, как будто «второе я» героини.Здесь она принимает участие в убийстве Олоферна, с силой удерживая его голову. Прекрасный образ Абры, со спины, в ее типичном тюрбане, присутствует в картине «Юдифь и служанка» из Палаццо Питти, написанной несколькими годами ранее.
Елена Джанески

Из книги «Великие художники» Роберта Камминга:
Библейская героиня Юдифь спасла свой народ, обезглавив ассирийского воина Олоферна, который осадил ее родной город.
Благодаря жестокости и эротизму этот сюжет был популярен в эпоху барокко.
Эту работу Артемизия написала в конце флорентийского периода, вероятно, по заказу своего главного покровителя великого герцога Козимо П. Среди ее покровителей были также Микеланджело Буонарроти Младший, герцог Франческо д'Эсте из Модены и дон Антонио Руффо из Мессины.
Темный фон
Черный фон повышает драматичное напряжение и очерчивает происходящее. Как женщине Артемизии не позволялось изучать перспективу в Римской академии, поэтому в ее ранних работах нет пейзажей.В душе этой женщины — дух Цезаря.
По иронии судьбы, Орацио Джентилески попросил Агостино Тасси, который слыл мастерам архитектурных фонов, научить его дочь перспективе.
Символичный браслет
Рисунки на браслете Юдифи напоминают известный образ Дианы, девственной богини охоты и архетипа героической женщины. (Артемизия сама написала два портрета Дианы.) Браслет был уверенной «подписью» художницы на пике мастерства — греки называли Диану Артемидой.
Артемизия писала этот сюжет не менее пяти раз, что свидетельствует о его важности для художницы. Ужасное отрезание головы было воображаемой местью Артемизии насильнику. Абра
В отличие от традиционного толкования сюжета, где служанка Абра изображается пассивной каргой в противовес активной Юдифи, Артемизия показала Абру молодой и сильной женщиной. Ее участие в казни (она удерживает испуганного тирана) придает картине правдоподобия.
Караваджистская поза
Параллельные диагонали рук Юдифи, хлещущая кровь и угол меча (наводящий на мысли скорее об отпиливании, чем об отрубании) взяты из новаторской картины Караваджо на эту тему, созданной в 1598-1599 гг. Влияние Караваджо также очевидно в резкой светотени, реалистичной мимике персонажей и тесной обстановке шатра.
Вероятно, Артемизия встречалась с Караваджо, когда он жил в Риме, поскольку он был коллегой ее отца и иногда заходил к нему в студию за реквизитом. Когда Артемизии было 10 лет, ее отца и Караваджо арестовали как участников «клики с улицы делла Кроче» по обвинению в клевете на художника Джованни Бальоне (1571-1644)
Крестообразный меч 
Артемизия решила изобразить не традиционную саблю, взятую у пьяного полководца, а крестообразный меч. Этим она показывает, что поступок Юдифи — акт божественной справедливости, а не низкой человеческой мести.
Артемизия Артемизия (Рим 1593 - 1652/1653 Неаполь). Юдифь с главой Олоферна. Исполнено около 1615 г. Холст, масло; 114 х 93,5 см Упомянутая в описи Гардероба 1637 года, эта работа была написана для великого герцога Козимо II.Палаццо Питти, Флоренция
Из журнала «Великие музеи мира» №24 «Палаццо Питти, Флоренция»:
В сжатом пространстве две фигуры: Юдифь и кормилица повернули головы направо, в тревожном ожидании шума из лагеря противника, откуда они бегут с ужасным свидетельством совершенного героического поступка. Сюжет, очень распространенный в барочной культуре, был одним из любимых у Артемизии, которая разрабатывает его в более или менее сложных композициях, вероятно, как прославление женского героизма. В этом случае художница взяла за образец произведение своего отца Орацио, сейчас находящееся в Национальной галерее в Осло. Поселившись во Флоренции в сентябре 1613 года, после бурного скандала (дело об изнасиловании, против художника Агости-но Тасси, как известно из литературы), она была хорошо принята в интеллектуальной среде Галилея и племянника Микеланджело Буонарроти (который пожелал видеть ее среди художников, украшающих Дом Микеланджело). Ве-ликогерцогская семья также была к ней благосклонна - Мария Магдалена Австрийская заказала художнице «Святую Цецилию», а Козимо II приобрел эту «Юдифь», решенную в строгом тоне, размеров, подходящих для «комнатной» живописи. Множество авторских копий и вариантов картины являются ярким подтверждением успеха произведения с момента его появления. 
Естественность жеста кормилицы, придерживающей, прижав к бедру, чтобы облегчить вес, корзину с отрубленной головой Олоферна, делает сцену еще более интенсивной и драматичной от острого контраста между ужасом и бытовой простотой. 
Сильвестра Биетолетти
ARTEMISIA GENTILESCHI (ROMA 1593 - 1652/1653 NAPOLI). Justice embracing Peace. Oil on panel. 25.4 x 25.4 cm - Артемизия Джентилески (Рим 1593 - 1652/1653 Неаполь). Правосудие охватывает мир. Дерево, масло. 25,4 х 25,4 см
ARTEMISIA GENTILESCHI (ROMA 1593 - 1652/1653 NAPOLI). Saint Catherine of Alexandria. Olio su tela. 90.2 x 75.5 cm - Артемизия Джентилески (Рим 1593 - 1652/1653 Неаполь). Святая Екатерина Александрийская. Холст, масло. 90,2 х 75,5 см

Artemisia Gentileschi- St Catherine of Alexandria - Артемизия Джентилески (Рим 1593 - 1652/1653 Неаполь). Святая Екатерина Александрийская. Галерея Уффици. Флоренция
Артемизия Джентилески (Рим 1593 - 1652/1653 Неаполь). Юдифь и Олоферн. Исполнено в 1625-1630 гг. Холст, масло 162 х 126 см. Национальный музей Каподимонте. Неаполь
Из журнала «Великие музеи мира» №24 «Национальный музей Каподимонте. Неаполь»:
 Артемисия, занимающая необычное место среди художников XVI века, приехала в Неаполь в 1630 году, несомненно, вслед за собственной славой. В наши дни эта художница известна не только своим талантом, но также и незаурядной личной жизнью. Действительно, не один критик пытался разглядеть в таких ее картинах, как эта «Юдифь и Олоферн» проявления своего рода феминизма. В действительности, тема Юдифи и Олоферна была поднята еще ее отцом Орацио, с которым Артемисия довольно долго работала вместе: он тоже оставил много картин, посвященных «женской» тематике, очевидно, их «фирменному блюду». Данная «Юдифь» была написана в Риме под впечатлением знаменитой композиции Караваджо (сейчас в Палаццо Барберини). Обычно еврейская героиня изображалась с головой ассирийского царя в руках. Здесь, как и у Караваджо, выбран наиболее эффектный момент, когда девушка его обезглавливает. Поза Юдифи идентична, как идентична ее удаленность от тела, вызванная отвращением. Служанка, участвующая в убийстве, развернута, омоложена и приукрашена. По сравнению с Караваджо, сцена предстает более компактной и приближенной к зрителю, а внимание больше сфокусировано на поверженном мужчине, чем на героине. По-разному датируемое (то вторым, то третьим десятилетием XVI века) полотно во всей красе демонстрирует изначально тосканскую школу формирования художницы: яркие и блестящие краски, точность мазка, внимание к деталям. Именно из этих характеристик возникает тот караваджийский натурализм, которым были «заражены» как отец, так и дочь.
 Маттиа Гаэта

Насколько можно судить на этой картине, в отличие от той, что хранится во Флоренции,  на руке Юдифи отсутствует браслет и платье у неё другого цвета.  
ARTEMISIA GENTILESCHI (ROMA 1593 - 1652/1653 NAPOLI). Clio: the Muse of History. 1632. Olio su tela. 27.6 x 97.2 cm - Артемизия Джентилески (Рим 1593 -. 1652/1653 Неаполь). Муза истории Клио. Исполнено в 1632 году. Холст, масло. 27,6 х 97,2 см

суббота, 17 ноября 2012 г.

Гвидо Рени (1575-1642) - продолжение.

Гвидо Рени (1575-1642). Святой Иоанн Креститель. Исполнено около 1625 г. Холст, масло 115 x95 см. Савойская галерея, Турин. 
Позднее произведение Рени, «Святой Иоанн» из Савойской галереи получил название «Влюбленный пастух» как из-за буколических переходов, уловимых в мягком и размытом серебристом колорите, так и в силу необычных деталей в виде деревьев на заднем плане, изображенных в виде мрачной чащи свинцового оттенка, оттеняющей белизну молодого тела. Страстный жест левой руки мог бы произвести впечатление декламации вдохновенного поэта, если бы не тонкий деревянный крест. В этой работе убежденный классицизм Рени и яркая прозрачность его цвета придают фигуре Иоанна Крестителя облик классического героя, акцентируя внимание на природном аспекте жизни анахорета, одновременно освобождая ее от каких-либо ссылок на покаянный мистицизм, трактуя ее в почти языческом контексте. Короткая верблюжья шкура, обернутая вокруг бедер юноши и крест из тростника - обычно он соединен с надписью «Вот агнец Божий», которой здесь нет, являются типичными чертами древней иконографии святого. Большое очарование внушает осмотическая связь между фигурой и средой, в которой он находится. Работа была частью коллекции принца Евгения в венском Бельведере. Отправленная в Париж в 1799 году, она не была, однако, выставлена в Лувре, и вернулась в Турин в годы Реставрации.
Жест руки, раскрытой на груди, символизирующий силу любви к Богу и сладкие муки, которые мистицизм несет с собой, был использован Рени более одного раза. Этим жестом Иоанн очень схож с «Магдалиной» из музея Балтимора, как, впрочем, и взглядом, обращенным на небо, и тонким крестом, слегка поддерживаемым пальцами рук. 
Франческа Сальвадоре
Guido Reni (Celvenzano 1575-1642 Bologna). Roman Charity. Oil on canvas 98.5 x 83.8 cm - Гвидо Рени (Кальвенцано 1575-1642 Болонья). Римская благотворительность. Холст, масло. 98,5 х 83,8 см
Название картины должно звучать иначе. "Отцелюбие римлянки". Сюжет взят из истории Древнего Рима: римлянин Кимон был приговорен сенатом к голодной смерти. Дочь Кимона, Перо, желая продлить жизнь отца, ежедневно приходила в тюрьму и кормила его своею грудью. Необыкновенная преданность дочери заставила судей помиловать Кимона. В Эрмитаже имеется картина на этот сюжет кисти Рубенса.
Гвидо Рени (1575-1642). Похищение Деяниры. Исполнено в 1620-1621 гг. Холст, масло 239 х 193 см. Париж, Лувр
Картина является частью серии, посвященной деяниям Геракла. Это четыре поражающих своей величиной полотна, выставленные в Большой галерее. Они дают представление о живописи одного из самых известных представителей итальянского классицизма XVII века, которого французы, считавшие его образцом grand goUt («хорошего вкуса»), от Пуссена до Энгра, называли просто «Вождь.» Эти полотна, созданные между 1617 и 1621 годами для герцога Мантуи, представляют собой обращение к мифологическим темам после работ на священные сюжеты. Рени вернулся в Болонью из Рима, где углублял свое знание техники Рафаэля и античной скульптуры. Именно там мастер выработал свой уравновешенный и элегантный стиль. Даже в такой стремительной, но строго рассчитанной композиции, как «Похищение Деяниры», ясно видны поиски идеальной красоты, классической гармонии, которая всегда присутствует в произведениях Рени. Главный герой здесь не Геракл, смутно угадывающийся в глубине картины, а пара на переднем плане, торжествующая в телесном великолепии, выделяющаяся на фоне развевающейся в беге драпировки.
Ход повествования в этом эпизоде отличается от трех других, которые изображают конкретный момент в приключениях Геракла. Здесь зрителя приглашают вспомнить предпосылки н следствия представленной сцены, восстановить " логическую последовательность серии. Геракл получил руку речной богини Деяниры, оспорив ее у речного бога Ахелоя. Перед смертью Несс вручает женщине магическое зелье, добытое из его собственной крови, которое должно обеспечить ей любовь мужа. Испытывая страшные страдания, вызванные зельем, которым пропитала его одежду Деянира, и предчувствуя, что умирает, Геракл приносит себя в жертву на костре, чтобы наконец-то попасть на Олимп.
Сюжет был вдохновлен «Метаморфозами» Овидия. Геракл и его жена Деянира оказались перед необходимостью перейти полноводную реку. Они приняли помощь кентавра Несса, который, однако, перенеся их на другую сторону, похитил Деяниру, галопом унося ее прочь. Пока они удалялись, Геракл услышал с противоположного берега крик жены. Чтобы освободить ее, он поражает кентавра стрелой, отравленной ядовитой кровью Лернейской гидры.
Рени начал серию полотен в 1617 году, написав «Самосожжение Геракла на горе Эте», а затем «Геракла борющегося с Ахелоем» и «Геракла, побеждающего Гидру». Полотно «Похищение Деяниры», также известное как «Геракл на реке», было последним из доставленных в музей холстов. В отличие от предыдущих сцен, которые изображают главного героя во всем величии, Геракл здесь отходит на второй план. Мы узнаем его по львиной шкуре, трофею, добытому в первом из его двенадцати подвигов.
Похожее полотно находится в музее Пражского града
Guido Reni (Celvenzano 1575-1642 Bologna). The Madonna adoring the sleeping Child. Oil on canvas, oval 68 x 88.5 cm - Гвидо Рени (Кальвенцано 1575-1642 Болонья).Мадонна смотрящая с любовью на спящего ребенка. Холст, масло, овал. 68 х 88,5 см

Гвидо Рени (1575-1642) Борьба между купидонами и амурами Вакха. Исполнено после 1627 г. Холст, масло 124 x 154 см. Савойская галерея, Турин.
Эта работа является копией картины на ту же тему, хранящейся в галерее Дориа-Памфили в Риме, и датируемой 1627 годом. Для кого была выполнена картина и каков ее аллегорический смысл - неясно. В соответствии с исследованиями Мальвазия, вполне возможно, что работа была выполнена для маркиза Фачинетти, римского покровителя Гвидо. Речь идет о более простом сюжете, разработанном на протяжении лет, считавшихся «кризисными» в искусстве Рени, когда он пробовал свои силы в произведениях на различную тематику, и, как пишет Мальвазия, перенес нервный срыв из-за неудержимой страсти к игре. В любом случае, композиция выглядит исключительно гармонично. Борющиеся амурчики наилучшим образом иллюстрируют изящные, грациозные и зрелищные произведения Рени после 20-х годов. В своей светской интерпретации амурчик является превосходным образом ветрености и легкомыслия. Картина долгое время фигурировала в туринской инвентарной описи, как «круг Франческо Альбани», чтобы быть затем атрибуированной болонскому мастеру.
В классической тематике стрела являтся атрибутом Купидона, а также близких к нему Венеры и амуров. Как писал Овидий в «Метаморфозах», стрелы Купидона могут быть золотыми или свинцовыми: первые пробуждали любовь, а вторые ее останавливали.
Франческа Сальвадоре
Guido Reni (Celvenzano 1575-1642 Bologna). The Mater Dolorosa. Oil on copper, oval 49.5 x 40 cm - Гвидо Рени (Кальвенцано 1575-1642 Болонья).Матерь Долороза. Медь, масло, овал. 49,5 х 40 см

Гвидо Рени (1575-1642). Распятие апостола Петра. 16О4-1606. Дерево,масло. ЗО5х171 см. Ватиканская пинакотека. Рим
Гвидо Рени обучался живописи в болонской Академии братьев Карраччи, но, приехав в Рим, испытал сильное влияние искусства Караваджо. В итоге художник сумел объединить в своем творчестве два столь несходных течения - караваджизм и академизм, что видно на примере данной картины. Она была написана по заказу кардинала Пьетро Альдобрандини для римской церкви Святого Павла у трех фонтанов.
Свет, исходящий из неизвестного, но сильного источника - типичный прием Караваджо, заимствованный у него всеми последователями, - озаряет сцену распятия святого Петра. Подобно своему «учителю», Рени изображает ее с реалистическими подробностями: палачи работают как одержимые, два из них, тела которых лоснятся от пота, привязывают апостола к кресту, один, забравшись наверх, помогает им. Как и Караваджо, художник не боялся правдиво изобразить блестящую лысину, немолодое тело Петра, грубые босые ноги его мучителя. Все эти детали дают зрителю возможность почувствовать происходящее. Но в картине заметно и влияние академизма: художник явно тяготел к красоте и эффектности изображенного.
Гвидо Рени (1575-1642). Аталанта и Гиппомен. Исполнено около 1620-1625 гг. Холст, масло 192 х 264 см. Неаполь, Национальный музей Каподимонте.
Овидий в поэме «Метаморфозы» рассказывает историю Аталанты, которая, противясь браку, вызывала всех соискателей руки на состязание в беге, и всегда побеждала, обрекая жениха на смерть. Гиппомен пожелал сам бросить вызов быстроногой девушке. Хитрая Венера дала ему три золотых яблока, которые юноша рассыпал во время соревнования в расчете на женское тщеславие. И действительно, Аталанта не устояла перед искушением и остановилась для того, чтобы собрать яблоки, проиграв состязание. Кульминация эпизода передана Рени при помощи великолепной композиции, где единственными персонажами выступают две фигуры, вырванные из любого физического или временного контекста. Аталанта и Гиппомен помещены близко к зрителю и связаны сложным соотношением диагоналей и пространств, то освещенных, то оставленных в тени. Оба персонажа поданы в движении, и, в то же время, обладают метафизической неподвижностью, преобразующей отдельный эпизод во всеобъемлющую метафору. Холодные цвета фона помогают добиться создания отвлеченной поэтической атмосферы. Неаполитанскую картину можно идентифицировать с работой, упомянутой в инвентарных описях Гонзага в Мантуе. Она была одним из приобретений, которые Фердинандо IV сделал для музея в первые десятилетия XIX века.
Как было справедливо замечено,в картине «есть тайное биение жизни, скрывающей печаль, как в мечте о потерянном мире, и красота тела: легенда времен контрреформации об Адаме и Еве, изгнанных из Рая». 
Матия Гаэта
Повтор этой картины имеется в Мадридском музее Прадо

среда, 27 июня 2012 г.

Ян Вермеер ван Дельфский (1632—1675)

Ян Вермеер ван Дельфский (1632—1675). «Молочница» 45,5 × 41 см. Холст, масло. 1658 Рейксмюзеум, Амстердам.
Из журнала "Великие музеи мира" №8 "Амстердам. Государственный музей":
"Прежде, чем приступить к работе над этой картиной, Вермеер уже написал три или четыре жанровые сцены, в которых он искал способы создания застывшей во времени атмосферы, вечной и неподвижной, определенной четким соотношением фигур и окружающего их пространства. Эта замечательная картина открывается яркой сплоченностью натюрморта на первом плане, где громоздятся объемные мазки, скопления золотистых искрящихся сгустков красок. На этой торжествующей способности раскрывать суть вещей Вермеер строит сцену, располагая предметы и ритмическое движение женщины с геометрическим совершенством. Яркий свет льется из окон, касается белой стены, с которой только что сняли гравюру (остались гвоздь и дырка в штукатурке), добирается до плинтуса из голубых делфтских керамических плиток и ложится ярким полотном на хлеб, на корзину. Вермеер мог написать эту картину, только находясь в этой комнате, перед служанкой. Кто знает, сколько раз он заставлял натурщицу повторить этот жест, чтобы уловить взглядом точную степень белизны струйки льющегося молока, на которой находится самая яркая точка картины. Создается ощущение полного подчинения истине, без дополнений, без любви к мгновенно узнаваемой личной манере исполнения. Корзина и начищенное до блеска ведерко висят в полумраке угла кухни. Свет, проникающий из окна, в котором выбито одно из стекол, едва их освещает. Блики от платья женщины высвечивают желтые пятна меди. Свет, как перспектива, определяет атмосферу картины. Видны контрасты светотени между фигурой и задней стенкой, подчеркнутые белой контурной линией вдоль плеча и левой руки молочницы. 
 На зеленой скатерти царит плетеная корзина с хлебом, зрительный аромат которого создает гармонию всей сцены. Поверхность картины пузырится точечными мазками кисти, как будто автор хочет в наибольшей степени подчеркнуть развитие событий на однотонном ярком фоне. Все вместе, лишенное каких-либо декоративных дополнений, определяет монолитную, как станок, фигуру женщины, наполненную, в то же время, этическим значением. 
 Белоснежная струя молока, текущая из кувшина в глиняную миску, является самой яркой точкой композиции, ее кульминацией. В картине практически нет действия,разве что - струйка молока, текущая в домашней тишине кухни. Энергия женщины заключена в ее взгляде, в то время, когда она переливает молоко, и в осторожности, с которой ее руки держат кувшин."
Даниэла Тарабра
 Ян Вермеер ван Дельфский (1632—1675). «Бокал вина».  65 × 77 см. Холст, масло. 1658-60. Старая национальная галерея, Берлин.
Из журнала "Великие музеи мира" №10 "Берлинская картинная галерея":
Значение Вермеера в истории искусства обратно пропорционально численности его собственноручных сохранившихся произведений. Только тридцать две картины, часто на одну и ту же тему или похожие по обстановке, хронология которых по-прежнему служит предметом широкого обсуждения, по причине отсутствия документальных свидетельств. Художественные искания Вермеера основываются на концепции контрастности, в результате чего достигается истинная конкретизация света до степени его материальной ощутимости. Поворотным моментом в живописи мастера стала вторая половина 50-х годов, когда художник из Делфта обратился к созданию небольших, интимных картин с изображением домашних интерьеров. Почти все они были построены по аналогичной схеме: лучи света из окна слева постепенно проникают в комнату, высвечивая мирные сцены, состоящие из одной или двух задумчивых фигур, занятых чтением, или игрой на музыкальных инструментах, или простыми повседневными заботами. Среда и персонажи, выписанные до самых мельчайших деталей обстановки, одежды и предметов, буквально изваяны светом, с помощью холодной и ясной палитры желтых, синих, серо-зеленых оттенков, и с помощью техники, развивающейся от «широкого» мазка кисти до почти глянцевого блеска поверхности.
Открытое окно слева со свинцовым переплетом, картина на стене, обитые стулья с украшениями в виде львиных головок, восточный ковер, одежда самих персонажей, относятся к обычному словарю Вермеера.Он постоянно использует привычный синтаксис, разрабатывая его в большинстве своих произведений, в результате чего они видимым образом связаны между собой.
Хотя сюжет, представляющий сцену повседневной жизни, кажется банальным (мужчина предлагает женщине бокал вина), картина Вермеера всегда была объектом символических или морализаторских интерпретаций. Самая признанная из них усматривает здесь любовное сближение, где вино играет роль средства для снятия запретов.
Расположение окна, организация пространства комнаты, слегка наклоненный пол и расстановка мебели выдают увлечение Вермеера камерой-обскурой для построения перспективы, в которой важную роль играют свет и краски. Высокая точка зрения позволяет видеть большую часть пола, в шахматном порядке вымощенного плиткой, что создает оптический эффект, усиливающий перспективу.
Вильям Делло Руссо
Ян Вермеер ван Дельфский (1632—1675). «Кружевница».  24 × 21 см. Холст, масло. Около 1665 г. Лувр. Париж.
Из журнала "Великие музеи мира" №2 "Лувр":
Подпись Вермеера находится на фоновой стене справа, а дата - на основании стиля. Полотно относится примерно к 1665 году. Изображение выдвинуто прямо на передний план, вместе со всеми элементами, которые характеризуют среду, настолько приближая ее к зрителю, что трудно на ней сфокусироваться, уловить ее формы. Это решение нечасто встречается в произведениях художника, который предпочитает оставлять между зрителем и образами обширные пустые пространства. Не совсем обычно также смещение источника света вправо, хотя почти привычна уже стала точка зрения снизу вверх, акцентированная нависанием сцены и ее максимальной приближенностью. Сюжет, заимствованный у художников-жанристов,современных и предшествующих, типичен для Вермеера. Мастер предпочитает изображать женские персонажи за повседневными занятиями, в окружении ярнвычных предметов домашнего обихода. Этот образ, так глубоко привязанный повседневной реальности, становится волшебным, чарующим, благодаря необыкновенной чистоте света и красок.
Фигура и предметы определяются светом, который расходится по всему пространству холста, создавая иллюзию светлого домашнего интерьера, смягченного и погруженного в разреженную атмосферу. Зритель как бы попадает в эту атмосферу, теряясь в поисках иного смысла, скрытого за представленной действительностью.

Алессандра Флеголент
Ян Вермеер ван Дельфский (1632—1675). «Улочка в Дельфе». 54,3 × 44 см. Холст, масло. 1658. Рейксмюзеум, Амстердам.
Из журнала "Великие музеи мира" №8 "Амстердам. Государственный музей":
Погруженная в матовый свет пасмурного дня, сцена, кажущаяся нам почти застывшей во времени, - это внимательное отображение реальности, взятое не из литературных или изобразительных источников. Вермеер сосредоточивает свое внимание на этом уголке улицы, провожая взглядом свежевыкрашенные известью пороги, мостовую, выложенную неправильными параллелями брусчатки, детей, играющих перед домом, пока их мать шьет, и, наконец, проход между двумя зданиями, в глубине которого виднеется фигура монахини. Художник, который видел эту сцену из окна своего дома в Делфте, не описывает ее с топографической точностью, но пропускает ее сквозь свое мастерство композиции. Вермеер не интересуется этим «почти ничем», которое происходит под его внимательным взглядом. Его цель не в том, чтобы документировать качество кирпича, известковые нити швов, которые их соединяют, кривоватые доски оконных ставней первого этажа. Он старательно выбирает и смешивает на палитре точное сочетание тонов: то, которое безошибочно будет соответствовать оптическому восприятию сетчатки его глаза.
Даниэла Тарабра
Ян Вермеер ван Дельфский (1632—1675). «Любовное письмо». 44 × 38,5 см. Холст, масло. 1669. Рейксмюзеум, Амстердам
Из журнала "Великие музеи мира" №8 "Амстердам. Государственный музей":
Вермеер превращает зрителя в свидетеля, наблюдающего сквозь проем двери событие личного характера. Богатая дама получает письмо, принесенное горничной, и, с выражением удивления, прерывает игру на лютне, которую держит в руке. Ее поведение свидетельствует о неуверенности в любовных чувствах, нарушающих спокойствие ее, по-видимому, размеренного существования, что подсказывает прозрачный свет, заполнивший комнату. Композиция построена, как триптих, в котором главный эпизод изображен на центральной створке. Яркий световой акцент, сделанный на нем, в точности согласуется с аналогичными на двух боковых частях, представленных, как серия первых планов, открывающих глубину сцены в перспективной последовательности, где фокусом является горностаевый воротник платья сидящей дамы. Эти просчитанные формальные соответствия и соразмерность пропорций определяют позднее произведение мастера, так же, как и абстрактно-геометрическое построение композиции и совершенство точных мазков. Очарование полотна заключается в неожиданно поднятой дверной портьере, залитой ярким утренним светом. Это позволило увидеть предметы обихода, такие, как метла и башмаки, возможно, находившиеся в гостиной дома самого художника.
Полная света комната с изящным камином хорошо обставлена и украшена картинами. Стены обшиты позолоченной кожей. Картина, на которой изображено спокойное море, а также висящий над ней пейзаж, являются добрым предзнаменованием в любви. В XVII веке любовь часто сравнивали с морским путешествием, которое может привести либо к корблекруше-нию, либо в надежный порт. В картинах других авторов, изображающих женщин, читающих или получающих письмо, часто присутствуют морские пейзажи.
В шести картинах Вермеера главной героиней является женщина, которая читает, пишет или получает письмо, в основном, расцениваемое, как любовное послание, хотя прямых ссылок на это нет. Эта сцена сосредоточена на диалоге между горничной, принесшей письмо, и госпожой, берущей его в руки. Улыбкой на лице служанки Вермеер дает понять, что беспокойство женщины в отношении любимого человека беспочвенно.
Перспектива плиточного пола ведет наш взгляд в ярко свещен-ную комнату, на пороге которой только что были оставлены предметы обихода - метла и башмаки. Вермеер использует рассчитанную перспективу не только для того, чтобы изобразить анфиладу комнат, но и затем, чтобы усилить ощущение интимности, что является основополагающим для сюжета картины.
 Даниэла Тарабра
Ян Вермеер ван Дельфский (1632—1675). «Женщина, примеряющая ожерелье».  55 × 45 см. Холст, масло. Около 1660-62. Старая национальная галерея, Берлин.
Из журнала "Великие музеи мира" №10 "Берлинская картинная галерея":
Следуя обычной, любимой им иконографической схеме, Вермеер и в этой картине проявляет свое необычайное мастерство колориста, которое выражается в световых эффектах и в удивительном контрасте между темным передним планом и ярким фоном, образованным жемчужными тонами стен. Ясность и рациональность окружающей среды, где доминируют две хроматические составляющие, желтый и синий цвета, подчеркивает безмятежность элегантной девушки, глядящейся в зеркало и примеряющей жемчужное ожерелье. Ее взгляд пересекает картину по всей ширине. Атмосфера неподвижна, безмолвна и сосредоточенна, как будто девушка только что получила, через луч света, важное откровение. Мы ничего не знаем о ней. Все, что художник дарит нам, это только мгновение из жизни обычного человека. Очень вероятно, что эта картина имела дидактические или наставительные цели: зеркало, жемчуг и пудреницы, - это традиционные указания на типичную для XVII века тему суетности, бренности всего земного. «Красота быстротечна, как отражение в зеркале», - подсказывает нам Вермеер. Оставаясь в строго определенном культурном контексте голландского XVII века, мастер выходит за пределы пространства и времени, чтобы показать нам образы универсального значения.
 Вильям Делло Руссо

четверг, 5 апреля 2012 г.

Жан-Батист Камиль Коро (1796-1875)

Jean-Baptiste-Camille Corot (French, 1796-1875).Self Portrait. Oil on paper laid down on board. 22 x 16.7 cm. Painted circa 1818-1821 - Жан-Батист Камиль Коро (французский, 1796-1875). Автопортрет. Масло на бумаге, лежащей на доске. 22 х 16,7 см. Написано около 1818-1821 годов

Жан-Батист-Камиль Коро Пейзаж с озером 1860-1873 гг. 1925 Холст, масло 53 х65,5 см Из коллекции Юсупова, Государственный Эрмитаж, г. Санкт-Петербург - Jean-Baptiste-Camille Corot. Paysage avec un lac, 1860-1873 gg. 1925 Huile sur toile, 53 x65, 5 cm à partir de la collecte de Youssoupov, le Musée de l'Ermitage, Saint-Pétersbourg
Сориентированный семьей на профессию коммерсанта, Коро посвятил себя живописи только достигнув двадцати шести лет, в 1822 году. Получив традиционное академическое образование, он отправился на два года в Италию, где написал цикл видов, положив начало исследованиям, не прекращавшимся в течение многих лет. Это сделало Коро величайшим пейзажистом XIX века. Из синтеза академического образования, классического искусства, итальянских открытий, поиска чувств и поэзии в избранном предмете, рождаются произведения, которые выявляют яркую, многоцветную и видимую реальность окружающей природы. Они представляют собой несомненно важный этап на пути развития французской пейзажной живописи в сторону импрессионизма. Этот пейзаж с озером, написанный незадолго до первой выставки импрессионистов, был создан в Билль д'Авре, где у Коро был дом, неподалеку от знаменитых прудов. Спокойная простота местности. погруженной в завесу тумана и света серо-зелемых тонов, передает ощущение мира и гармонии.
Говорят, что Коро намеревался нарисовать «не природу, а свою любовь к ней». Его манера медленна, задумчива, его пейзажи удерживают прочную структуру классических образцов. Его точная техника фиксирует с максимальной чувствительностью прозрачность воздуха с легкой дымкой.

Jean-Baptiste-Camille Corot (French, 1796-1875). Aqueduc dans la campagne romaine. Oil on canvas. 29.2 x 51.4 cm. Painted in Rome in 1826 - Жан-Батист Камиль Коро (французский, 1796-1875). Римский акведук в сельской местности. Холст, масло. 29,2 х 51,4 ​​см. Написано в Риме в 1826 году

Jean-Baptiste-Camille Corot (French, 1796-1875). Campagne de Naples. Oil on canvas. Painted circa 1840-45 - Жан-Батист Камиль Коро (французский, 1796-1875). В Кампании близ Неаполя. Холст, масло. Написано около 1840-45

Jean-Baptiste-Camille Corot (French, 1796-1875). Environs de Mantes, le Gué sur la Seine. Oil on canvas. 38.1 x 46.4 cm. - Жан-Батист Камиль Коро (французский, 1796-1875). Вблизи  Манта, Форд на Сене. Холст, масло. 38,1 х 46,4 см.

Jean-Baptiste-Camille Corot (French, 1796-1875). Grosse mer à Sainte-Adresse  . Oil on canvas. 22.9 x 40 cm. Painted circa 1829-1830 - Жан-Батист Камиль Коро (французский, 1796-1875). Могучее  море в Сент-Адрес. Холст, масло. 22,9 х 40 см. Написано около 1829-1830 годов

Jean-Baptiste-Camille Corot (French, 1796-1875). Nymphes et faunes. Oil on canvas. 97.8 x 131 cm. Painted in 1870 - Жан-Батист Камиль Коро (французский, 1796-1875). Нимфы и фавны. Холст, масло. 97,8 х 131 см. Написано в 1870 году

Jean-Baptiste-Camille Corot (French, 1796-1875). The Bay of Naples with the Castel dell'Ovo. Oil on paper laid down on panel. 34.2 x 60 cm. Painted in 1828 - Жан-Батист Камиль Коро (французский, 1796-1875).Неаполитанский залив с Ово Кастель дель. Масло на бумаге, лежащей на дереве. 34,2 х 60 см. Написано в 1828 году


Жан-Батист Камиль Коро Собор в Шартре 1830 г., обновлена автором в 1872 г. Холст, масло 64x51 см. Лувр, г. Париж . В коллекции с 1906 г., подарок Этьена Моро-Нелатона - Jean-Baptiste-Camille Corot. Cathédrale de Chartres en 1830, mis à jour par l'auteur en 1872 Huile sur toile, 64x51 cm Louvre, Paris. La collection de 1906, un don de Etienne Moreau-Nelatona

Поскольку семья хотела, чтобы он стал купцом, Коро смог посвятить себя живописи только в 1822 году, в двадцать шесть лет. После обучения в мастерских Парижа он отправился на два года в Италию, где написал большую серию пейзажей, положив тем самым начало своим исследованиям. Это сделало его самым великим пейзажистом XVII века. «Собор в Шартре» появляется немного спустя итальянского периода и документирует фазу, в которой архитектура по-прежнему остается одним из важнейших компонентов стиля Коро. На его планах, четко вырезанных и контрастных, здание представляет собой надежное ядро, на котором конденсируется рассеянный свет пейзажа. Там нет ничего намеренно живописного, все кажется случайным и непосредственным. Выбранный вид загромождают горы земли и каменные валуны, которые вставлены между передним и задним планами. Нет ни одного элемента, который был бы важнее остальных. Даже древний собор, вписанный в глобальное пространство, уравнивается бледно-голубой небесной завесой со всеми другими оттенками живописи.


Jean-Baptiste-Camille Corot (French, 1796-1875). Un port de mer en Bretagnee. Oil on panel. 30.5 x 58.4 cm. Painted circa 1850 - Жан-Батист Камиль Коро (французский, 1796-1875).Морской порт в Bretagnee. Дерево, масло. 30,5 х 58,4 см. Написано около 1850

Всё-таки жалко, что Камиль Коро не имел загородной недвижимости в Тюмени или в других регионах России. Иначе бы он мог оставить великие полотна воспевающие красоту средней полосы России. Однако с этой задачей  с успехом справились  Шишкин и Левитан.
Однако было бы очень интересно посетить выставку или антикварный салон и увидеть там работы знаменитого французского художника.


четверг, 24 июня 2010 г.

Леонардо да Винчи (1452-1519)

Художник Леонардо да Винчи (1452-1519), Итальянская школа . «Портрет Моны Лизы Джоконды»  1503—1506 гг. Лувр. Париж
Леонардо да Винчи родился в 1452 г. в Винчи близ Флоренции, учился у знаменитого флорентийского скульптора и живописца Андреа Вероккио, работал в различных городах Италии. Незадолго до смерти По приглашению французского короля Франциска I переехал во Францию, где и умер в замке Амбуаз в 1519 г.

Портрет жены неаполитанского купца Моны Лизы Джоконды был написан Леонардо во Флоренции в 1503—1506 гг. Леонардо работал над ним в течение почти 4-х лет. Труднейшая задача, которую поставил великий художник, сводилась к тому, чтобы на картине был запечатлен не один какой-либо момент состояния человека, а сложный и длительный процесс его душевной жизни. Рас-сказывали, что Леонардо во время работы приглашал музыкантов, артистов, шутов, чтобы развлечь Джоконду и увидеть на ее лице проявление различных чувств. Леонардо открыл светотень как новое изобразительное средство, позволявшее выявить в портрете скрытый психологический мир человека. Легкая дымка — «сфумато» — окутала всю фигуру молодой женщины. Это «сфумато» создает неуловимую эмоциональную среду и подобно музыке вызывает в нас ощущение внутреннего богатства человека.

Нежнейшей светотеневой лепкой лица Леонардо достигает изумительной мягкости переходов и дает почувствовать не только теплоту ее кожи, но и, по словам Вазари, как бы биение пульса. Классически строгая построенность портрета, чеканный силуэт и линейные ритмы сообщают образу Джоконды величавость и цельность. Однако ее нежная улыбка в соединении с открытым взглядом умных, чуть насмешливых глаз и «сфумато» раскрывают противоречивость, зыбкость и многогранность ее натуры. Именно эта неуловимость скрытых чувств заставляет многих критиков находить образ Моны Лизы загадочным и таинственным.

«Советский художник» Москва 1965 9-95. Ц. 3 к.


Художник Леонардо да Винчи (1452-1519), Итальянская школа . «Тайная Вечеря» 1497—1498 гг. Фреска в трапезной монастыря Санта Мария делла Грацие в Милане

Фреска «Тайная вечеря» — самое прославленное произведение Леонардо да Винчи. В этой стенной росписи Леонардо использует евангельскую легенду о последней трапезе Христа с учениками. Однако традиционный сюжет претворен великим художником в событие человеческого значения, потому что он трактует его как психологический конфликт между благородством и низостью, верностью и предательством, как разоблачение и осуждение зла.

Фигура Христа помещена в середине, на фоне самого большого окна, к ней сходятся все линии перспективы, она является смысловым центром всей картины. Христос только что произнес свои слова: «Один из вас предаст меня». Апостолы, встревоженные его предсказанием, испытывают глубочайшее волнение, проявляющееся у каждого в зависимости от его характера и темперамента.

Размещенные группами по три человека, согласно строгому композиционному порядку, они вместе с тем вносят в картину основной драматический накал. Их жесты, мимика выражают сложную гамму испытываемых ими чувств. Особенно выразительна группа по правую руку от Христа. Кроткий Павел опускает глаза, вспыльчивый, неукротимый Петр хватается за нож, испуганный Иуда отпрянул в ужасе, сжимая кошель с деньгами. Его зловещий профиль дан рядом с юношеским лицом Иоанна, что позволяет сразу выделить его среди остальных учеников. Никогда еще в истории искусства не было столь сильного изображения человеческих страстей, многообразных в своей пластической выразительности.

Роспись «Тайная вечеря» написана с необычайной живописной тонкостью, богатством цветовых оттенков и рефлексов, редких в стенной росписи, и может быть отнесена к числу самых великих творений монументального искусства.

«Советский художник» Москва 1965 9-95. Ц. 3 к.

См. также:

Леонардо да Винчи (1452-1519) - «Мадонна Литта»