Показаны сообщения с ярлыком Мюнхен. Показать все сообщения
Показаны сообщения с ярлыком Мюнхен. Показать все сообщения

воскресенье, 10 сентября 2017 г.

Рафаэль - «Мадонна Темпи»

Рафаэль. Мадонна Темпи. Исполнено в 1507- 1508 гг. Дерево, масло 75 х 51 см. Старая пинакотека, Мюнхен. Приобретено принцем Людвигом I Баварским в 1829 г. у семьи Темни из Флоренции
Из альманаха «Великие музеи мира» №16 «Старая пинакотека. Мюнхен»:
Среди наиболее значительных произведений послед него флорентийского периода Рафаэля - «Мадонна с Младенцем», написанная для семьи Темпи, являющаяся конечный пункт глубокого аналитического поиска в изображении групп святых, предпринято! о еще до его обоснования в Риме в 1508 году. По сраннению с Леонардо и Микеланджело, также жившими во Флоренции в то время, он демонстрирует экстра ординарную эволюцию не только в стилистическом отношении, но и в интеллектуальном контексте. Нежное объятие персонажей синтезирует геометрически четкую гармонию, характеризующуюся спонтанностью жестов и выражений. Цветовая гамма произведения - живые краски, деликатно контрастирующие: светлая кожа и красные тона одежды, желтоватые рукава и темно-зеленое покрывало, окутывающее Мадонну. Ее живой образ, соединяющий ся с Младенцем любящим взглядом, полон благо родной женственности и грации. Умение выразить простые чувства делает образы Рафаэля идеальными и мирскими одновременно, как пример высшего соотношения конкретности реального и жажды абсолютного совершенства техники живописи.
Сильвия Боргезе

В рассеянном голубоватом свете Мадонна прижимает к себе Младенца, демонстрируя исключительные способности художника создавать мир глубоко человеческих форм и жестов, в котором высокие понятия переведены на доступный всем язык.

воскресенье, 30 июля 2017 г.

Рафаэль - «Мадонна с занавеской»

Рафаэль Мадонна с занавеской около 1514 г.

Из альманаха «Великие музеи мира» №16 «Старая пинакотека. Мюнхен»:
Авторство Рафаэля в отношении этой картины долгие годы было спорным, Изначально выдвигалась идея, что картина принадлежит кисти Перин де Вага, затем, что это авторская копия Джулио Романо его «Мадонны в кресле» (палаццо Питти). В начале XX века, наконец, было доказано авторство художника, который написал эту изысканнейшую работу в римский период, когда был занят росписью Станц в Ватикане. Изображение фигур кажется усложнившимся по сравнению с его ранними работами. Художник ставит задачу уже не достижения пропорциональных и гармоничных модуляций, но усовершенствования самих фигур посредством сильной динамики светотени. Новаторским является ракурс, поскольку он выставляет фигуры в другом пространственном фокусе. Тело Мадонны выдвинуто вперед по отношению к голове, сложная поза Младенца, старающегося увидеть Иоанна Крестителя, и занавеска, которая служит фоном для всей группы, переносят зрителя в атмосферу сложного эмоционального общения. Это были годы, когда Микеланджело расписывал в Риме Сикстинскую капеллу. Рафаэль черпает в ней вдохновение и расстается с абстрактным совершенством работ флорентийского периода, переходя к более сильному языку сценографии и богатству световых контрастов не только в больших Станцах, но и в произведениях меньшего формата.
Сильвия Боргезе

воскресенье, 25 июня 2017 г.

Рафаэль - «Святое семейство Каниджани»


Рафаэль. Святое семейство Каниджани. Исполнено в 1507 г. Дерево, масло. 131x107 см. Старая пинакотека, Мюнхен (Из дюссельдорфской коллекции, дар великого курфюрса Тосканского Козимо III зятю Иоганну Вильгельму Пфальцскому, 1691 г.)
Из альманаха «Великие музеи мира» №16 «Старая пинакотека. Мюнхен»:
По мнению Вазари, эта картина была написана для Доменико Каниджани и является одним из первых вариантов темы Мадонны с Младенцем, которую художник будет разрабатывать в зрелый период своего творчества во Флоренции. Пластичность фигур и компоновка перспективы обнаружила ют влияние Фра Бартоломео и Леонар до да Винчи. У первого, доминиканского монаха, Рафаэль перенял установку на религиозное искусство, простое, но красноречивое, торжественное и сдержанное, а черты Леонардо узнаваемы в нежной голубизне естественной рамки, в которую помещены фигуры. Руки и ноги Марии и Елизаветы, Иисуса и маленького Иоанна движутся по классической схеме, абсолютно гармоничной в своем пирамидальном построении, напоминая органичность архитектурных форм и представляя единое и завершенное целое. Одежды также создают впечатление монументальности форм, с заметным влиянием Перуджино именно в расположении фигур. В этой картине сливаются элементы «натуральности», которые художник искал во время работы над этюдами с натуры в подготовительных рисунках и которые здесь проявились в тонкости и разнообразии выражений лиц и взглядов. 
Сильвия Боргезе
Святая Елизавета, кузина Марии и мать Иоанна Крестителя, изображена в виде пожилой женщины с покрытой платком головой. Во встрече взглядов женщины и Иосифа художник задействует композиционный ритм, богатый выразительными оттенками, которые выявляют всю свою эмоциональную глубину именно в этом повороте головы кверху.
Иоанн Креститель, слева, немногим старше Иисуса, обращает к нему обожающий и благочестивый взгляд. Рука Марии чуть придерживает Младенца. Елизавета делает тоже самое. Человеческое и божественное начало слиты воедино в едином измерении, выразившись во встрече двух детей, изображенных без теней и без контрастов.
Пейзаж пронизан слабым голубоватым светом, сеющимся с неба, обволакивающим строения на заднем плане. Контуры четки и прозрачны, как те, которыми Рафаэль любовался в Урбино на произведениях Пьеро делла Франческа. Внимание художника сосредоточено также на воздушной среде, создающей безукоризненную гармонию между фигурами и окружающей средой.
См. также:

Рафаэль Санти (1483-1520)


воскресенье, 30 марта 2014 г.

«Туснельда в триумфе Германика», картина Карла Пилоти

Карл Теодор фон Пилоти. Туснельда на триумфе Германика. Холст, масло. 490х710 см. Новая пинакотека. Мюнхен

Из журнала «Всемирная Иллюстрация» №307- 1874 г.

«Туснельда в триумфе Германика», картина Карла Пилоти.

На Венской всемирной выставке, в длинном ряду картин всех достоинств и целого легиона художников, более прочих в глаза, как по величине, так и по глубокому драматизму задачи и художественного выполнения, картина К. Пилоти. Общие отзывы печати в Германии сдалали из этой картины высшее произведение живописи за последнее время и. как там нынче выражаются, не только в Германии, но и в Европе. Отдавая должное таланту Пилоти, мы не разделим в нашем отзыве этой «адорация»; у неё есть свои причины, для нас не существующие.
«Туснельда» - последнее, пока слово далеко не старого, кончающего 48 год жизни художника, недавно заместившего покойного Каульбаха в звании директора Мюнхенской академии художеств.
Триумфы римских полководцев были всегда самыми шумными, самыми блестящими днями для Рима. Их ждали задолго, к ним готовились исподволь и, когда, наконец, желанный день наступал, столица Кесарей волновалась, а главные артерии её, Форум и Via sacra, являли из себя одно из самых театральных зрелищ историй, когда-либо разыгрывавшихся толпой и для толпы. Римские историки сообщают целую серию триумфов, один другого пышнее, одни другого оригинальнее; триумф Германика, избранный темой для картины Пилоти, должен быть причислен к наиболее выдающимся, как по самой причине своей, так и по характеру лиц. Принимавших в нём участие.
Кесарем быт Тиберий и для Рима наступало время тяжких испытаний. Жизнь великой республики была готова принять в себя и дать возможность развиться Нерону и Калигуле, да и сам Тиберий был уже страшилищем и успел приблизиться к старости. Уже не первое десятилетие, бок о бок с империей, там, за Альпами, выростал страшный призрак суровых воителей. Не раз уничтожавших римские легионы. Чем пышнее, чем роскошнее, чем чувственнее становился Рим, тем неприятнее должно было сказываться соседство этих таинственных рыжих дикарей. Может быть, что для тех в Риме, кто был попрозорливее, призрак Германии был не только простым беспокойством, но и положительным страхом за будущее.
Помимо легионов, пущенных по Германии и окопавшихся в знаменитых кастеллах по Рейну, императорский Рим обратился и к другому способу борьбы. Удававшемуся и в Малой Азии, и в Египте, и в Галлии, а именно к подкупу. Изменники всегда и везде существовали. Были они даже и в тогдашней Германии и благодаря одному из них, Сегесту, Риму удалось увидать такой триумф, какого в нём давно не видали.
Тиберий послал против дикарей Британика (в журнальном тексте допущена описка: это не мог быть Британик – сын Клавдия. Конечно же, имеется в виду Германик - Юлий Цезарь Клавдиан, который, собственно, стал называться Германиком после победы над германцами Арминия), одну из честнейших и симпатичнейших личностей всей римской истории. Британик (Германик) воспользовался враждой двух их наиболее видных германских предводителей ,Арминия и Сегеста и выполнил свою задачу. Вражда названных людей была тем сильнее, что Арминий был женат на дочери Сегеста, отнюдь не разделявшей любви своего отца к Риму. Эту именно дочь Сегеста, Туснельду, удалось Британику Германику взять в плен и привести с собой в Рим в качестве жемчужины триумфа.
Картина Пилоти изображает именно этот триумф с Туснельдой на главном плане.
Жаркий, душный летний день даёт себя чувствовать яркостью красок; особенно утомителен он для Кесаря Тиберия. Украшенного лавровым венком и сидящего под сенью шатра. Кесаря можно было принять за покойника, если бы не глаза его. Они обращаются не к Туснельде, нет, - Тиберий ожидает самого триумфатора и будущность Британика, любимого народом и ненавистного ему, уже решена: Британику жить не долго. Справа от Тиберия, сложив руки на груди, стоит Сеян, фаворит императора, прототип тех выскочек из рабов и вольноотпущенников, которые составляют, во всём их безобразии, почти всегда необходимую фигуру подле особы римского кесары. Вправо от него, на ступнях лестницы, резко отличаясь одеждой своей, стоит изменник Сегест. Он отворотился от дочери своей и не хочет, или не может видеть её. За Тиберием толпа придворных, а влево, на эстраде. Целый букет римских женщин. Вовсе не скрывающих своего любопытства. Своей зависти к представительницам прекрасного пола побеждённой Германии. Настолько ли были. Вдействительности, некрасивы римские женщины двора Тиберия, на столько ли уступали красоте германок, подлежит, может быть сомнению. Для успеха картины в Германии иначе сделать этого было нельзя.
Триумфальное шествие, развертывающееся пред Тиберием, открывает почти гривуазная группа римского легионера, дёргающего за бороду старого барда и, в тоже время. Ведущего медведя. Впрочем. Этой группе картины не посчастливилось даже в Германии и для объяснения той непонятной кротости, с  которой идёт на верёвке медведь, его признали «символическим»!
Далее следует, в центре картины, главная группа германских женщин и впереди её пленная княгиня Туснельда. С сыном Тумеликом. Группа женщин задумана в высшей степени мужественно. Помимо красоты этих женщин, помимо экспрессии и великолепной драпировки костюмов – изобличающих мастера первой величины, сама Туснельда должна быть отнесена к числу фигур наиболее самостоятельных, наиболее удачных во всей германской живописи. Не менее матери хорош и сын. Несомненно. Что красавица пленница совершенно затмевает собой всеё происходящее на картине. Взгляд зрителя неминуемо, с какою-то непреоборимой силой, обращается именно на Туснельду, и, если он перебегает с её стройной, глубоко драматической фигуры на другие фигуры картины, так только для того, чтобы вернуться к ней снова.
И всё-таки «Туснельда» Пилоти художественно неверна. Вовсе не такими красавицами. Вовсе не такими цивилизованными и развитыми женщинами, какой неминуемо должно признать эту Туснельду, рисует их Тацит. Да и откуда было им, этим германкам, взять ту салонную сдержанность, то придворное приличие, этот этикет чувства. С которым идёт Туснельда в тримфальном шествии по Риму, поражая величием своегогоря и царственностью осанки. Но – именно такой должна была быть писана Туснельда для современной Германии, и только такой могла она обусловить тот колоссальный успех, который вызвала картина в стране, продолжающей начатую 2000 лет назад борьбу против романских рас.
За грппой женщин, перед самой триумфальной колесницей, следует группа германских предводителей, закованных в цепи. Колесница только что проехала триумфальную арку. Не ней, окружённый штандартами и значками. Стоит Германик, имея пере собй своих пять сыновей; один из этих сыновей – Калигула. Массы народа виднеются кругом и вдали; они сыплшют венки и букеты и приветствуют криками победителя.
Первый план картины положительно плох. Пилоти наполнил его грудой убогих трофеев и, почему-то положил одного барда и посадил другого. Не менее фальшивой, чем легионер, дёргающий барда за бороду, является и та плебейская фигурка. Что уселась над знаменитой римской волчицей и угрожает кулаком пленной Туснельде.
Причина идеализации Туснельды – понятна. Недостатки первого плана тоже имеют свою причину: Пилоти послал свою картину в Вену, не окончив её. В общем – она производит большой эффект и, как сказано в некоторых частях своих действительно превосходна. Археологические подробности соблюдены весьма тщательно, – но «первой из первых» в ряду картин Венской всемирной выставки, мы признать её, конечно, не можем. 
С.

вторник, 15 июня 2010 г.

Вильгельм Лейбл (1844-1900) - "Сбережённый грош"

Художник Вильгельм Лейбл (1844-1900), Немецкая школа. "Сбережённый грош". Мюнхен. Баварская картинная галерея

Wilhelm Leibl 

 Der Spargshen * Spare money * Eparner

См. также:

Вильгельм Лейбл (1844-1900) - "Девушки вязальщицы"

воскресенье, 20 сентября 2009 г.

Карл Шпицвег (1808-1885), Немецкая школа

Художник Карл Шпицвег (1808-1885), Немецкая школа. "Бакалавр" ("Старый холостяк") . Музей изобразительных искусств в Лейпциге
Der Hagestalz * The bachelor * Le celibataire
Художник Карл Шпицвег (1808-1885), Немецкая школа. "Монах, жарящий курицу". Государственная картинная галерея в Мюнхене
Carl Spizweg (1808-1885)
Monk raasting a chichen
Hühner bratender Mönch

среда, 22 июля 2009 г.

Питер де Хох (1629?—1684) - «Кладовая», «Голландский интерьер»

Питер де Хох (1629-1684)Голландский художник, представитель бытового жанра.
Родился Питер де Хох в Роттердаме, учился в Харлеме у Н. Берхема, где испытал сильное влияние Ф. Хальса. Последние два десятилетия своей жизни прожил в Амстердаме, но период творческого расцвета художника связан с Делфтом, в котором он поселился в 1655 г. Художественная атмосфера этого небольшого города, искусство его великого современника Я. Вермеера помогли раскрыться лирическому дарованию Хоха. Его маленькие шедевры изображали сцены из жизни голландских бюргеров, в уютных интерьерах их домов и небольших тщательно уложенных двориках ("Хозяйка и служанка", ок. 1660; "Кладовая" ок. 1658). Любимые герои полотен художника - женщины: хозяйки, матери, служанки, погруженные в повседневные хлопоты и заботы ("Мать у колыбели"). Изображенные мастером интерьеры с анфиладами комнат и дворики, наполненные светом и воздухом, любовно выписанные детали и нежно-золотистый колорит создают интимный, поэтический мир и великолепно передают дух спокойствия и благополучия, царивший в Голландии.
После переезда в Амстердам Питер де Хох пережил творческий упадок. Простота и естественность прежних работ уступают место роскоши изображаемых мраморных дворцовых интерьеров, с колоннами и открытыми террасами, с праздно гуляющими компаниями дам и кавалеров ("Игра в карты").
Художник Питер де Хох (1629?—1684), Нидерландская школа. «Кладовая» (фрагмент). Королевский музей в Амстердаме.
Художник Питер де Хох (1629?—1684), Нидерландская школа. «Голландский интерьер»(фрагмент). Мюнхен, Бавария. Государственная художественная коллекция
Pieter de Hooh (1629-um 1677)
Holländische Wohnstube (Ausschnitt)
A Dutch interior - München, Bayr. Staatsgemäldesammlung

понедельник, 10 ноября 2008 г.

Поль Сезанн (1839-1906) в Мюнхенской коллекции

Художник Поль Сезанн (1839-1906), Французская школа. «Железнодорожный тупик». Холст, масло. Мюнхен. Баварская государственная коллекция картин
Paul Sèzane (1839-1906)
Der Bahndurchstich- The railway cut - La tranchèe
(München- Baytische Staatsgemäldesammlungen)