пятница, 12 октября 2007 г.

Эндрю УАЙЕТ (УАЙЕС) - американский художник 20-го века

УАЙЕТ, ЭНДРЮ (Wyeth, Andrew) (1917-2009), также Уайес, американский художник, представитель магического реализма.
Родился в местечке Чаддс-Форд (шт. Пенсильвания) 12 июля 1917 в семье художника Н.Уайета, завоевавшего известность своими романтичными книжными иллюстрациями. Обучался искусству у отца. Почти безвыездно жил в родных краях (долина реки Брэндивайн), летние месяцы проводя в Кушинге (шт. Мэн).
Предпочитая темперную технику, позволяющую особенно тонко прорабатывать детали, продолжил традиции американского романтизма и магического реализма, посвятив свое творчество подчеркнуто «почвенным» пейзажным мотивам своего непосредственного окружения, а также своим соседям, представленным в виде архетипических фигур «американской мечты». Его пейзажи и жанровые портреты (Зимний день, 1946, Художественный музей Северной Каролины, Роли; Мир Кристины, 1948, Музей современного искусства, Нью-Йорк; Молодая Америка, 1950, Пенсильванская академия художеств, Филадельфия; Дальний гром, 1961, частное собрание, Нью-Йорк; и др.) с годами обретали все более символически-обобщенный характер. Обыденные ландшафты сельской глубинки, старые здания и интерьеры, люди провинции, выписанные кистью Уайета, выглядят как наглядные этапы национальной истории, представленные в живых, чуть сентиментальных образах. Среди его поздних циклов наиболее значительны Портреты Хельги, полные мягкой, поэтической эротики (1980-е годы).
Любимец консервативной части американского истэблишмента, Уайет вошел в число самых дорогих современных художников. Музей реки Брэндивайн в Чаддс-Форде ныне в значительной мере посвящен искусству династии Уайетов (известным художником, анималистом и светским портретистом, является и сын художника Джеймс Уайет).
Художник умер 16 января 2009 года в возрасте 91 года в своём родном городе Чеддс-Форд (штат Пенсильвания).

Ветер с моря. 1947. Темпера. Собрание Шарля X. Моргана

Это одна из самых поэтичных и, кроме того, одна из самых известных картин художника. Она написана из окна дома Кристины Олсон. Влажный и тревожный ветер с моря откинул пропахшую пылью легкую тюлевую занавеску. Это не первый раз, когда в картинах Уайеса героем становится ветер.
Картины, подобные «Ветру с моря», как и другие лучшие произведения Уайеса, не открываются человеку сразу. Сначала они кажутся простым, точным, изящным, не претендующим на многое изображением. Потом их детальная прописанность, небольшой размер как бы заставляют нас внимательно углубиться в картины. И вот мы уже можем представить себе ощущение человека, живущего, например, в этом доме, радость простого дня, волнующего ощущения влажного ветра


На колокольне. 1951 г. Темпера. Гринвиль. Собрание Вильяма Ворта.
Большое внимание Уайес уделяет композиции картин. Формат Уайес предпочитает обычно сильно вытянутый по вертикали или горизонтали. В пейзаже он обычно выбирает необычную, подчас неожиданную точку зрения: то он заставляет зрителя рассматривать огромное пространство земли с головокружительной высоты птичьего полета, то бросаться ничком в траву и разглядывать самую мельчайшую былинку, то вглядываться в пейзаж из-за ветвей гигантского дерева, то забираться на самый конек крыши, то карабкаться по крутой, шаткой лестнице церковной звонницы, задрав голову всматриваться в квадрат неба, сияющего над головой...
Изображая внутреннее помещение (как и в этой картине), Уайес очень любит "прорывать" пространство картины, открывая окна и двери домов, связывая интерьер с внешним миром и достигая необычных эффектов.
Сторона ветров. 1965 г. Темпера. Собрание Александера М. Логлина.
Изображение домов в творчестве Уайесса превращается в совершенно особый жанр. Представленные в пейзаже, они выглядят одновременно как естественная часть, как органическое порождение земли и как странное образование, чуждое природе.
Они хранят отпечаток людей, построивших их, и безразличны к ним. В этом жанре живописи Уайеса сталкиваются и проявляются все особенности, которые характерны и для пейзажа, и для натюрморта, и для портрета, и для сюжетной картины. Художник рассматривает дом во всех его закоулках, чутко отмечает каждый след времени на его стенах, словно пишет хронику жизни всех его обитателей, показывает нам, что они изо дня в день видели из своих окон, о чем они думали, как они жили.
Сын Альберта. 1959 г. Темпера. Осло. Национальная галерея.

Мальчик распахнул дверь полутемного сарая. Он оперся рукой о дверной косяк и на секунду застыл, задумавшись... Как всегда это бывает у Уайеса, картина полна подмеченных деталей: затуманились прозрачные, светлые, чуть раскосые глаза, отливают золотым блеском коротко остриженные волосы, напряжена тонкая загорелая мальчишеская шея, не очень предметно изображено сено, которым набит сарай, и волокнистое строение досок, и даже ржавые шляпки гвоздей... На картине изображен сын фермера Альберта.
Портрет этот стал для художника как бы автопортретом - воспоминанием о детстве. Художник передал радость юности и легкую мечтательную печаль.
Джентельмен. 1960 г. Темпера. Даллас. Музей изящных искусств.
Уайеса волнует, как долго на земле живет память о человеке, со всеми его особенностями, с морщинками на лице, с гладкими или курчавыми волосами, с жилками на руках. В картинах "Затонувший Наутилус", "Александр Чандлер", "Бекки Кинг" и "Джентельмен" Уайес как бы размышляет: "... сколько еще осталось времени до того дня, когда ему будет в край унылый пора? И некому будет сидеть под этим деревом. И ничего не останется от него, только кучка земли на кладбище - да и та, не сказать, чтоб большая". С этим вопросом, ставшим особенно неотвязным и настойчивым после смерти отца, которая потрясла художника, вглядывается Уайес в обострившийся профиль Тома Кларка.
В таких картинах, как "Джентельмен", он изображает медленное, постепенное, грустное, но закономерное угасание жизни. Спокойная мудрость прощания с жизнью, которая приходит только к очень старым людям, стала темой этой картины.
День крота. 1959 г. Темпера. Филадельфия. Музей искусств.
На картине "День крота" изображен не специально составленный художником натюрморт, а уголок кухни соседа фермера. Название картины, как это часто бывает у Уайеса, нуждается в разъяснении. Дело в том, что "днем крота" американцы называют тот день, когда припасы в доме подходят к концу.
"День крота" один из характерных натюрмортов художника. Уайес изображает небольшое количество предметов и сосредотачивает на них все внимание.
Он любовно изображает предмет, испытывая радость от одного его существования. Художника всегда привлекает прошлое предмета, его история. И в самом деле, для натюрмортов Уайес выбирает лишь такие предметы, которыми пользовались не одно поколение людей.
особую значительность натюрморты Уайеса обретают оттого, что для художника нет ничего малого и ничтожного. В самом обыденном Уайес умеет увидеть нечто большое, быть может, даже смысл жизни.
Радость повседневной жизни порою кажется художнику самым ценным из того, что может быть дано человеку. Именно этим чувством рождены натюрморты Уайеса.
Северная точка. 1950 г. Темпера. Харфорд. Собрание Самнер
Этот вид на излучину реки написан с конька высокой крыши заброшенного дома одного из соседей. Дом этот с прозрачным шаром громоотвода не раз встречается в картинах художника. Уайеса как бы преследует желание рассказать как можно точнее, как можно многостороннее и о людях, которых он знает, и о месте, где он живет. Семья Олсонов стала темой по меньшей мере десятка картин художника. Сосед фермер Кар Кёрнер, мальчишка Аллан Мессершмидт, семья самого художника, местный сумасшедший Джеймс Лопер, слепой старик негр Александр Чандлер и, наконец, дом Тиля, который изображен на этой картине, - вот почти все модели и герои художника на протяжении всей его жизни. Эта интенсивность чувства связи с местом - вероятно, закономернаяя реакция на то сглаживание местных характеров, строя речи, особенностей, которрое происходит в Америке, да и во многих других странах.

Речная бухта. 1958 Темпера Собственность художника
Тема природы и тема человека — одна из постоянных в творчестве Уайеса. Человек находится с природой в постоянной и нерасторжимой связи. С особой отчетливостью и интенсивностью проявилась она в кар­тине «Речная бухта». Часами лежал Уайес на берегу реки, вглядываясь в холодную прозрачную воду, сквозь которую ясно просвечивает песча­ное дно, в отражение леса, опрокинутое в ней, в полого спускающийся берег с птичьими следами и ракушками на песке. Видя эту невозмути­мую безмятежность, он не мог отделаться от воспоминаний о друге, утонувшем в этой речке несколько лет назад. Спокойствие, ничем не на­рушаемое течение мирной жизни, не сохранившей никаких следов траге­дии и продолжающей свое безостановочное движение, привлекает Уайеса в природе.
Мисс Олсон. 1952 Темпера Нью-Йорк. Частное собрание
Все, что характерно для портретов Уайеса — и выбор человека, с ко­торым хорошо знаком, и подчеркнуто уважительное внимание к каждому из них, и интерес к возрасту и людям, на которых уже наложило свой отпечаток время, — все это сосредоточилось в портрете «Мисс Олсон».
Некрасивое лицо больной женщины (это все та же Кристина Олсон, которая изображена в картине «Мир Кристины») развернуто в профиль и чуть наклонено вниз, несмотря на то что именно это положение еще беспощаднее подчеркивает все его недостатки,—чрезмерно крупный нос, одутловатый двойной подбородок, выпяченные губы, бородавку под гла­зом, нездоровый цвет кожи. едва сколотый пучок тонких прямых волос... Это не заслоняет любимой темы Уайеса: прекрасен покой, прекрасно неторопливое размышление, быть может, лучшее, что выпадает человеку в жизни — мудрость таких как бы на часы и дни растянувшихся ми­нут— и счастлив и прекрасен человек, который может испытать это чувство и воплотить его в себе...

Отправить комментарий