пятница, 18 февраля 2011 г.

ОРУЖИЕМ РЕВОЛЮЦИОННОЙ ОТКРЫТКИ


Статья из журнала "Наука и жизнь" за 1985 год.
Невольное волнение охватывает, когда смотришь на подпольные открытки — открытки-ветераны восьмидесятилетней давности. Различны их способы исполнения.
Каждая — произведение искусства: остроумный рисунок, отражающий событие, с едкой надписью, и все нацелено на главное — поднять трудящихся на борьбу.
Но установить имя художника такой открытки — задача непростая. Как правило, свои произведения автор не подписывал либо ставил псевдоним. Поэтому изучается тщательно не только манера исполнения, время публикации тон или иной открытки, многое поясняет
деятельность издателей, которые в те тревожные годы много сделали для распространения революционной литературы. Впрочем, современному исследователю немалую помощь оказывают архивы. Вот, например, в материалах Московского охранного отделения есть любопытный документ — секретное предписание начальника Московского губернского жандармского управления за № 16168 от 25 октября 1906 года «Об установлении личности проживавшего минувшей зимой на Пречистенском бульваре в Москве доктора М. Чемоданова и о производстве у него обыска, причем его надлежит подвергнуть безусловному аресту и доставить вместе со всем отобранным по обыску во вверенное мне управление».
Михаил Михайлович Чемоданов родился в 1856 году в селе Боровицком Вятской губернии. В Вятке он закончил классическую гимназию, а затем медицинский факультет Московского университета. 
 После «исторического дня» 6 июня 1905 года царь «принял» московскую депутацию земских и городских деятелей и палач Трепов получил неограниченные полномочия в расправе с восставшими

Еще в студенческие годы он помещал в сатирическом журнале «Свет и тени» свои карикатуры. Одна из них «Наше оружие для разрешения насущных вопросов» изображала замаскированную виселицу, а слова «Наше оружие» состояли из букв — силуэтов солдат с ружьями. Цензор по недосмотру пропустил ее, но министр внутренних дел доложил о ней царю и предложил конфисковать номер журнала. «Совершенно одобряю»,— гласила резолюция царя. М. М. Чемоданову пришлось бежать. Он уехал в Тифлис, где стал сотрудничать в сатирических журналах «Фаланга» и «Гусли». А потом возвратился в Вятку и занялся своей основной деятельностью — лечил больных; в дальнейшем занял место ординатора в московской клинике профессора Н. В. Склифосовского и проявил себя как выдающийся одонтолог и стоматолог.
На время М. Чемоданов исчез из поля зрения охранки. Но он сотрудничал во многих сатирических журналах и свои рисунки подписывал псевдонимами — «Струна», «Добромыслов», «Лилии», «Эмче». А также на открытках появились его новые псевдонимы — «Икс», «Игрек», «Червь», «И. Грек».
В 1905 году М. М. Чемоданов сблизился с большевиками, он выступал на митингах, тогда же началось ого сотрудничество с типографией Д. И. Песчанского. Тут выпускались революционные открытки, здесь сотрудничали художники Е. В. Орловский, М. И. и Н. И. Коменко, студенты школы «Живописи, ваяния и зодчества».
Известны фотоснимки самого издателя Д. И. Песчанского — баррикады на улицах Москвы в дни вооруженного восстания 1905 года, похороны Н. Э. Баумана в октябре 1905 года, интереснейшие работы фотографа С. А. Балавинского о процессе лейтенанта П. П.Шмидта.
В этой же типографии была смонтирована общеизвестная открытка, посвященная
памяти П. П. Шмидта—«Слава борцам за свободу». На ее левой стороне помещен портрет П. П. Шмидта в овале из слов: «В случае каких-либо решительных действий со стороны казаков к гражданам, я буду вынужден принять решительные меры». Под портретом вид
крейсера 1-го ранга «Очаков». А справа выдержка из правительственного указа: «...имущества, снарядов и людей не жалеть». Ниже горящий крейсер... Под рисунком дата «1905, 15 ноября» и штандарт крейсера «Очаков».
Впрочем, типография Д. И. Песчанского избежала гонений полиции, так как она обслуживала театры и в основном — Большой театр. (В 1908 году все свои фотоматериалы — около 400 единиц — издатель Д. И. Песчанский передал на хранение Историческому музею, откуда они в 1929 году поступили в Центральный Музей революции СССР.) Именно типография Песчанского выпустила большую серию
политических открыток работы М. М. Чемоданова. Их распространением занимались многие в порядке партийного поручения. Обычно открытки вкладывали в конверт с адресом и запиской доктора М- М. Чемоданова с просьбой уплатить 2 рубля 50 копеек в пользу заключенных и ссыльных. Доход от их продажи шел в кассу Московского Комитета РСДРП и в политический «Красный Крест». О масштабах торговли можно судить по количеству подготовленных материалов, захваченных при обыске на квартире одного из распространителей, Бориса Еврейнова: 60 конвертов с открытками, 1994 конверта пустых, но с адресами, отдельно 157 открыток, 819 записок об уплате.
В день «кровавого воскресенья» появилась открытка М. Чемоданова «Наши злобы. Рост богатыря». И позже эти маленькие революционные плакаты «выходили» буквально как газета, откликались на каждое событие, беспощадно обличая действия царского правительства.
Активная деятельность М. Чемоданова и распространителей его открыток всполошила власти.
Открытки М. М. Чемоданова пользовались громадным успехом. Исключительная меткость и сила политической сатиры определяла содержание его работ. Все интересовало художника. Безграничной была преданность делу революции. По сообщению издателя Д. И. Песчанского, сюжетов открыток М. Чемоданова было немного — около 30. Но у нас есть основания полагать, что издатель не все знал. И, в частности, в моей коллекции имеются две открытки «Смертный бой», помеченная номером 4-м и без номера. Вполне естественно предположить, что художник свои произведения тиражировал и в других типографиях. Поиск его сатирических произведений, вероятно, надо продолжить.
Э. ФАЙНШТЕЙН.

Комментариев нет: